Мужчины, смеясь, направились на кухню за прохладительными напитками.

Лорен отступила в гостиную, чтобы не путаться под ногами, и перекинула в другую руку тяжелую корзину с бельем.

– Как ты мог предложить мальчикам пиво? – упрекал Томми.

– Да жарко же, – отбивался Ноэ. – Я и подумал, что неплохо бы выпить.

– Они несовершеннолетние, – раздраженно бросил Томми. – И сейчас еще и двенадцати нет!

Ник, проходя мимо с запаянными в пластик банками кока-колы, подмигнул Лорен. Ноэ велел Томми остаться в доме, пока он и Ник поговорят с собравшимися на крыльце.

– А что случилось? – встревожилась Лорен.

– Один из мальчиков сказал монсеньору что вроде бы видел машину, в которой сидел незнакомец, так что Ник хочет с ним потолковать, – пояснил Томми.

– Мальчик рассказал что-то в полиции?

– Нет, здесь это не поощряется. Но все слышали, что произошло, и по красноречивому выражению Фрэнки, главаря всей местной стаи, «Никому не повадно шляться по нашему гребаному приходу и доставать нашего гребаного священника».

Лорен вытаращила глаза. Томми кивнул."

"– Фрэнки – хороший парнишка, – заверил он.

 – Но и ему нужно соблюдать определенные правила. Делать вид, что он шибко крутой. В их среде это принято. Но, так или иначе, он и его друзья стали расспрашивать остальных мальчишек. Все они день и ночь слоняются по улицам, и кто-то действительно припомнил незнакомый фургон, припаркованный на Тринадцатой улице, рядом с пустой строительной площадкой. Ник надеялся, что сможет получить описание внешности водителя. Скрести пальцы на удачу, – добавил Том, но, тут же сменив тему, спросил: – Куда ты тащишь эту корзину с бельем?

– Трудно сидеть и ждать.

Нужно чем-то заняться. Вот я и спросила монсеньора, не могу ли помочь.

Томми открыл дверь подвала, включил свет и долго смотрел, как сестра спускается по деревянной лестнице.

Пять минут спустя прибыл доктор Моргенштерн. Она услышала его голос, возвращаясь назад. Мужчины столпились в прихожей. Все агенты, да и Томми, были на голову выше Пита, однако почтительно прислушивались к каждому слову и величали его «сэр» и «мистер».

Лорен нервничала и побаивалась встречи с доктором, хотя надеялась, что по ее лицу этого не заметно.

Моргенштерн пожал ей руку, настоял, чтобы она звала его Питом, и предложил сесть,

– Сейчас устроимся поудобнее и решим, что делать.

Лорен инстинктивно обернулась к Нику. Тот быстро кивнул, и девушка последовала за Томми в гостиную. Моргенштерн задержался, чтобы поговорить со своими агентами. Он перекинулся двумя словами с Ником, но так тихо, что Лорен ничего не расслышала. Потом обратился к Ноэ, и тот внезапно разразился смехом.