Некоторые пытались подняться на хоры, но чугунные двери были заперты, и висевшая на затейливом завитке записка гласила: «Вход воспрещен».

Служки просили гостей продвинуться вперед, чтобы дать место остальным. Мать невесты пропустили в первый ряд. Ник пытался не лезть на глаза, тем более что Лорен вместе с остальными подружками стояла под галереей. Правда, невесты нигде не было видно. Лорен встретилась взглядом с Ником, нерешительно улыбнулась и отошла.

Отец Мишель прикрыл одну створку парадных дверей, чтобы никто не смотрел на свадебную процессию. Сам он стоял наготове, ожидая, пока священник выйдет из ризницы и проследует к алтарю. Бедняга был вне себя от тревоги, опасаясь, что перепутает затверженные инструкции или наступит на подол платья дочери и та потеряет равновесие. Через несколько минут он навсегда отдаст родную дочь в руки чужого мужчины!

Он сунул руку в жилетный карман взятого напрокат смокинга и вытащил смятый платок. И, уже вытирая лоб, вспомнил О сестрах Вандермен.

– О Боже! – громко прошептал он.

Дочь обернулась и увидела растерянное лицо отца.

– Что с тобой, папа? Кто-то лишился чувств?

– Я забыл о сестрах Вандермен!

– Поздно, папа, свадьба начинается.

Отец в отчаянии огляделся, заметил Ника и схватил его за руку.

– Не могли бы вы съездить за Бесси Джин и Виолой? Они, вероятно, заждались, а если пропустят свадьбу, мне не жить!

Ник не хотел покидать Лорен, но, кроме него, тут не было ни одного подходящего мужчины. И хотя на всю операцию у него ушло бы не более десяти минут, все же он попытался воспротивиться.

Лорен заметила его колебания и, выйдя вперед, поспешила к Нику.

– Я в порядке, – заверила она достаточно громко, чтобы слышал отец Мишель, и, наклонившись ближе, прошептала: – Все кончено, помнишь? Тебе не о чем волноваться.

– Да, – неохотно согласился он. – Я поеду, но только после того, как ты направишься к алтарю.

– Но к чему это…

– Я хочу видеть, как ты идешь по проходу, – сказал он чуть резче, чем намеревался. На самом деле он хотел убедиться, что оставляет Лорен в надежных руках Ноэ.

Лорен хотела было что-то возразить, Ник не дал ей времени на споры, а просто встал напротив ризницы, ожидая, пока выйдут Том и Ноэ."

"В публике воцарилось молчание. Тут показался Ноэ, и прихожане шумно поднялись на ноги. На Томе было церемониальное белое с золотом одеяние. Улыбаясь, он медленно шел к алтарю, чтобы занять полагающееся место перед главным проходом. Наконец он поднялся на ступеньки, сложил руки и едва заметно кивнул. С первыми звуками марша все присутствующие повернулись к входным дверям, пытаясь получше разглядеть невесту.

Ноэ последовал за Томми, но встал у двери ризницы, спрятав руки в широкие рукава черной сутаны и обводя взглядом церковь.