Информировать о ходе работ, – отдал последний приказ Претор.

Градоправитель аккуратно промокнул выступивший на висках пот и поклонился.

***

– Леди Блау, – скомандовал Претор устало – видимо последняя декада выдалась напряженной не только у меня.

Я покосилась на Кантора, которого тоже включили в купол тишины – младший Тир улыбнулся мне снисходительно. Мимо нас пробежала вниз тройка магов с нашивками артефакторов – Ратуша начала шевелиться.

Старшему Тиру я рассказала всё, что могла – о принципе воздействия эликсира, о примерных сроках, о том, что то, что варила Фей-Фей может отличаться от эликсира, приготовленного алхимиками Хейли – малейшие расхождения могут дать отклонения, о том, как именно происходит разрушение.

– Хейл-л-ли, – прошипел Кантор, как только я замолчала.

Претор хмурился – вертикальная морщинка пролегла между бровей, он молча теребил деревянный кругляш Великого.

– Значит, когда вы варили этот эликсир с леди Ву под руководством Наставника, расчетный срок воздействия был бы – завтра или послезавтра?

– Очень примерно, – кивнула я.

– Мастер Ву контролировал каждый этап, потому ручаюсь за качество. Если Хейли запатентовали тот же рецепт – расчетный разбег – три дня, начиная с сегодняшнего.

Тиры обменялись быстрыми взглядами – общаясь без слов.

Претор возьмет на себя Легата, Градоправитель – Кланы, а Кантор – поддержит. Слово первого Наследника в отличие от моего имеет больший вес. Я сделала всё, что могла, чтобы предупредить.

– Я видел твое лицо. Ты была точно уверена что контур не сработает, – шепнул мне Кантор тихо.

– Твой дядя мастер-артефактор, но даже ему – откуда знать об этом?

– Предположение, – поправила я. – Именно поэтому нужна проверка.

Когда Претор отбыл из Ратуши, так быстро, что легионерам пришлось догонять его бегом, мы с Кантором переглянулись и… заржали. Сохранять лицо дальше просто не было сил.

– О-о-о…, – всхлипывал Тир. – Я представляю это…

На мой вопрос – почему? Почему мне поверили сразу и позволили провести проверку? Если бы Претор отказался, не было бы ничего – это понимали все, Тир ответил, что Легион испытывает небывалый подъем боевого духа из-за нашествия жрецов Великого.

Бритоголовые толстяки в оранжевых робах, с сияющими благостью улыбками, ходят с плетеными корзинками из лозы и … раздают амулеты легионерам. Не всем, выбирая по одним им понятным признакам – кто заслуживает охранного знака, а кто нет. «Возможно дают тем, кто останется без доспехов» – выдал идею Претор, теребя собственный кругляш на суровой бечеве.