– Он протянул деньги Кевину и подытожил: – К следующей неделе жду новую вывеску. Это место заслуживает хорошей рекламы.

Он говорил дружелюбно, словно давал совет близкому человеку, но в тоне всё равно можно было уловить властные нотки. Если всегда молчишь, то заметишь и не такое.

– Хорошо… – Кевин принял деньги и передал брату. Выглядел он при этом слегка растерянным, будто совсем не этого ожидал. – Спасибо.

– Как у тебя с работой? – спросил Скэриэл и, не дожидаясь ответа, добавил: – Я могу устроить тебя…

– Нет, спасибо, – покачал головой Кевин. – Я хочу заняться семейным бизнесом. Когда это место станет нашим, – он чуть выделил «нашим», но Скэриэл и бровью не повёл, продолжая улыбаться, – я бы хотел, чтобы ателье выросло в сеть по всему центру.

– И то верно, – улыбнулся Лоу. – Хороший выбор. Лучше вкладывать силы и деньги в своё дело."

"Лесть и комплименты. Согласие с мнением собеседника. Открытые позы при беседе. Всем этим Скэриэл пользовался изо дня в день. Он хорошо применял метод не только кнута, но и пряника. Поощрять он любил. Я только недавно осознал, как часто он меня хвалит, даже за самые пустяковые дела, не только на словах: может и обнять, и потрепать по плечу, и запустить в волосы пальцы. Раз за разом напоминает о том, как крепка наша связь. И что мне никуда от него не деться.

– До нас доходят странные слухи… О тебе много говорят, – неуверенно начал Томас.

Скэриэл продолжал обход: примерял то шляпу, то платок, увлечённо рассматривал запонки. Я закрыл сумку, вернулся на своё место и вновь уткнулся в журнал. Разговор у них не клеился, а я и вовсе предпочитал занять позицию слушателя.

– И что же про меня говорят? – озорно переспросил Скэриэл.

У него с утра было хорошее настроение. Ещё за завтраком он пытался развеселить меня шутками, передразнивая строгий голос и манеры Эдварда, а потом и вовсе включил музыку и пустился в пляс. В чём Скэриэл был плох, так это в танцах. Плох был и я. Мы не рассчитали силы, как и размеры кухни, и, танцуя, разбили чашку с кофе. Горячий напиток растёкся по всему паркету. Это ничуть не расстроило Скэриэла, а вот меня – да. Убирать последствия нашего веселья предстояло именно мне.

– Я сам. – Он вернулся с тряпкой. – Иди пока соберись.

Скэриэл нечасто помогал с уборкой, больше предпочитал подкидывать мне работу по дому.

– Куда мы? В Запретные земли?

– Навестим друзей, – хмыкнул он, сидя на корточках и пытаясь собрать тёмную жидкость тряпкой.

– Нужно будет протереть ещё пару раз.

– Зачем?

– Кофе был с сахаром. Будет липнуть.

Скэриэл посмотрел на меня и кивнул. Снова оно – согласие с собеседником. Беспрекословное выполнение указаний.