Мы все втроём прыснули со смеху.

Оливер обошёл Кагера и встал за спиной, наблюдая, как друг разминает шею.

Леон принялся за новое упражнение: лёг на живот в шпагате и потянулся руками вперёд. Между нами стояла полупустая бутылка и лежало полотенце Оливера. Я отодвинул их в сторону, сел и тоже попытался растянуться, но у меня ничего не выходило. Тело было будто деревянным.

– И так каждую репетицию? Боги, хорошо, что мы не пошли в балет, – прокомментировал Оливер, наблюдая за движениями Леона.

– Нас бы и на порог не пустили, – добавил я, плюнув на свои никчемные попытки и удобно улёгшись на полу.

Самая комфортная поза за всю тренировку. Ещё бы кондиционер на полную мощность…

– Эти танцевальные легинсы настолько обтягивающие, – продолжал Оливер. – Тебе ничего там не жмёт?

– Нет, я уже привык, – хохотнул Леон.

Оливер задумчиво принялся разминаться. Мы ненадолго замолчали.

– Хотите после тренировки перекусим? – внезапно предложил Леон, не поднимая головы.

– А? – Оливер с трудом вынырнул из собственных мыслей.

– Он спрашивает про перекус, – подсказал я, закинув руки за голову.

– Если мама позволит, – задумчиво проговорил Оливер. – Она меня ждёт в ресторане за углом. Не хочется её подставлять после всего, что она сделала.

– Спросим у неё после тренировки, – ответил я.

Оливер уставился на ноги Кагера.

Леон сел и лукаво посмотрел на него со спины.

– О чём ты задумался?

– О том, что в балете мне уж точно ничего не светит, – торопливо отозвался Оливер, заливаясь краской. – Я бы даже в эти девчачьи легинсы не влез.

– Они не девчачьи, – возмутился я.

– Выглядит всё именно так.

– Вроде бы в детстве тебя это не сильно смущало, – с хитрой улыбкой парировал Леон.

Я с любопытством посмотрел на Оливера. Тот разинул рот и в следующую секунду набросился на Леона с обвинениями:

– Это ты что, с Оливией сдружился?! Я запрещаю вам общаться. – Он так закипел, что, похоже, сам не заметил, как весь встрепенулся и раскраснелся, даже с самым грозным видом наставил на Леона указательный палец.

Хихикая, Леон поднялся, попутно поправляя обтягивающую белую футболку.

Оливер и я поднялись следом.

– Что? – нахмурился Оливер.

Я безобидно развёл руками. Леон достал из спортивной сумки, брошенной на подоконник, бутылку с водой и теперь не спеша пил.

– Есть упражнение, которое ты не любишь? – спросил я, присоединившись к нему.

Бутылка была холодной, и я приложил её ко лбу и щекам, чтобы освежиться, а затем сделал большой глоток. Сам не заметил, как в горле пересохло.

– Дай-ка подумать. – Леон вытер губы тыльной стороной ладони. – Наверное, «лягушка».