Сначала сказала: «Пойдем со мной», а потом заорала! Ну разве это моя вина?

— Скажу тебе начистоту, приятель, второй раз тебя никто вызволять не станет. И на службу ты не вернешься.

— Уволят? — спросил Бирч.

— Спишут.

— Это тебе Ремезов сказал?

— Да. Но решение об этом принимает не он.

Бирч вздохнул, и какое-то время они ехали молча. Жара спадала, на улицах появлялось все больше красоток, Галардес видел, что Бирч страдает, однако теперь ему самому следовало принимать решение.

— Это правда, что Ремезов твой земляк?

— Правда.

— И он дал тебе эту работу?

— Что значит дал? Он всего лишь начальник отделения и только предложил мою кандидатуру.

— А что за кандидатура у тебя была? Ты же вроде не служил?

— Я работал стажером в полиции.

— Ты был копом?

— Почти что. Проходил практику, но в штат еще не поставили. А тут Питер приехал в отпуск, говорит, давай к нам…

— И ты поехал?

— Нет, сначала боялся. У нас маленький городок, все друг друга знают, а тут мегаполис, блин, как не испугаться? А он сказал — пять тысяч ливров будешь получать. Это был аргумент.

— А там сколько давали?

— В полиции — полторы тысячи.

— Не густо.

— Для наших мест нормально.

— Вот и приехали, — сказал Бирч, сворачивая на гостиничную парковку, и чуть не задавил кошку, которая с воем выскочила из-под самых колес и в три прыжка унеслась за угол.

— Вот дура! — воскликнул Бирч.

— Да уж, — покачал головой Галардес и оглянулся.

— Ты смотрел по дороге, все в порядке было?

— Смотрел, но разве наверняка скажешь?

— Это да, — подтвердил Бирч. Потом заглушил мотор, и они выбрались на раскаленный асфальт.

Галардес тотчас стал осматриваться, привычно замечая то, чего не видели другие люди.

Открытые окна, припаркованные фургоны городских служб, слонявшихся без дела мужчин или уличных торговцев, появившихся в неподходящее время.

Но как будто ничего необычного не было.

В гостинице, сразу за порогом, их встретила прохлада. За стойкой, расплывшись по мраморной столешнице, сидел осоловевший консьерж. В холле на диванчике с вытертой обивкой «читал газету» парень спортивного телосложения. Под другой газетой, что лежала рядом, наверняка прятался пистолет.

Это был пост, сменявшийся каждые два часа.

Едва взглянув на вошедших, часовой узнал своих и вернулся к чтению, а Бирч и Галардес поднялись на второй этаж и, войдя в свой номер, наконец перевели дух.

— Я первый мыться! — занял очередь Галардес.

— Да пожалуйста, — согласился Бирч. — Я сейчас мяса по телефону закажу.

Пока Галардес мылся, в номер пришли какие-то люди, так что, прежде чем выйти из ванной, он несколько минут вслушивался в голоса, жалея, что не взял с собой пистолет. Вскоре он опознал двух коллег из другого отделения, вышел в банном халате и поздоровался.