Уж не думаешь ли ты, что Фритс дважды в день прогуливал Джаспера до аллеи? Эта собака уже давно не бегает, видно даже по ее шерсти.

— Я все же предпочитаю, чтобы собака выглядела упитанной, а не голодающей, как ваши.

— Неубедительно… Наш Лайон получил в феврале две золотые медали на выставке.

Снова создалась предгрозовая атмосфера. Максим сжал губы, видимо, начиная злиться. Меня удивило: почему у брата и сестры отношения, как у кошки с собакой. Уж скорее бы Фритс пригласил нас к ленчу (или ударят в гонг? Я еще не знала, как это принято в Мандерли).

— Далеко ли вы от нас живете? — спросила я Беатрису.

— Примерно милях в пятидесяти, в другом графстве. У нас тем прекрасная охота. Приезжайте к нам погостить, если Максим сможет обойтись без вас, хоть на короткий срок. Жиль обучит вас верховой езде.

— Но я совсем не умею охотиться. В детстве пробовала ездить верхом, но давно забыла то, что умела.

— Вам придется снова научиться. Нельзя жить в деревне и не заниматься спортом. Максим писал, что вы хорошо рисуете, но это же занятие лишь для плохой погоды, когда больше нечего делать.

— Мы не такие уж спортсмены, дорогая, — заметил Максим.

— Я же не говорю о тебе. Все знают, что тебе достаточно побродить по паркам и лесам Мандерли.

— Я тоже люблю пешие прогулки, — сказала я, — и мне никогда не надоест гулять по такому поместью, как Мандерли. А когда станет теплее, можно будет купаться в море.

— По-видимому, вы оптимистка. Я что-то не припомню, чтобы кто-нибудь тут купался. Вода слишком холодна, а берег усеян острыми камнями.

— Я не боюсь этого, лишь бы не было сильного течения. В Лаймском заливе не опасно?

Вдруг я спохватилась: я коснулась опасной темы. Краска бросилась мне в лицо, и я смолкла. Мы обе начали ласкать Джаспера, не глядя друг на друга.

— Как там с ленчем, — спросил Максим, — я дьявольски голоден.

— Сейчас ровно час, — сказал мистер Кроули, — посмотрите на часы на камине.

В этот момент дверь открылась, и Фритс объявил, что ленч подан.

— Мне нужно умыться, — сказал Жиль, посмотрев на свои руки.

Мы двинулись к лестнице, Беатриса и я несколько впереди мужчин.

— Дорогой старый Фритс, — сказала Беатриса, — он все такой же, нисколько не меняется. Когда я вижу его, мне кажется, что я все еще девочка… Не обижайтесь на меня, но вы выглядите ребенком. Вы значительно моложе своих лет (Максим сообщил мне ваш возраст)… Скажите, вы сильно любите его?

Я никак не ожидала такого вопроса и сильно смутилась.

— Можете не отвечать, — продолжала Беатриса, — я и так понимаю. А на меня вы не должны обижаться. Я же всегда отличалась отсутствием такта. Максима я очень люблю, хотя, когда мы встречаемся, то вечно цапаемся друг с другом, как кошка с собакой. Я рада, что ему удалось восстановить свое здоровье.