Я не слышала её полмесяца. Никогда не расставались с ней настолько.

Даша всё говорила и говорила, сначала визжала, сказала, как скучает, потом рассказывала, как дела у неё в садике, что папа постоянно грустный, что он сказал ей, что я уехала туда, где нет мобильных телефонов, и она подумала, что в Африку. Она так и спросила: «А папа с тобой сейчас в Африке? А я дома с няней.»

Параллельно с разговором я и не заметила, как отползла к стене, и невидящим ничего из-за слёз взглядом просто смотрела вперёд. Изредка задавала какие-то короткие вопросы, но в основном говорила дочь, а я была и рада.

— Ладно, мамуля, мне пора ужинать, а то Анжела ругаться будет.

Анжелой звали няню. Я это знала из того, что рассказала мне дочь.

— Пока, родная. Я тебя очень-очень сильно люблю. Помни об этом, хорошо?

— Хорошо, пока! — Дочка бросила где-то телефон, даже не отключившись. Я ещё с полминуты слушала тишину и отдаленные звуки на другой стороне, но в итоге сама завершила вызов.

Слёзы всё не прекращались, и я только через несколько минут стала способна что-то видеть и понимать, когда хоть немного успокоилась.

Оказалось, Богдан всё это время сидел там же, и внимательно следил за мной. Я молча протянула ему телефон. Но потом всё же сказала:

— Спасибо.

Бывший муж кивнул, и начал звонить кому-то, я же просто придвинула к себе колени, и обхватила их руками, продолжая сидеть, где сидела.

— Привет, Кос. Слушай, можешь пробить быстро, какая фамилия у Марго девичья была? Ага, спасибо, жду. — Он отключился.

Точно. После разговора с дочерью я и забыла, что мы пытались выяснить, это Маргарита сливает информацию Севиру про деятельность фирмы Богдана или нет.

Телефон издал звук, и Богдан посмотрел на экран. После чего медленно прикрыл глаза, и сжал челюсть.

Я знала этот приём, он делал так, когда был настолько сильно зол, что ему приходилось прибегать к дыханию, чтобы попытаться себя успокоить. Богдан был достаточно эмоциональным и вспыльчивым человеком, поэтому за годы жизни и приучил себя к подобному."

"— Твою мать! — всё же громко выругался он, и даже замахнулся рукой с телефоном, будто хотел выбросить его, но в последнюю секунду посмотрел на телефон, и просто злостно откинул его подальше от себя на кровати, а сам спиной упал на матрас.

— Я так понимаю, её фамилия Крапивина? — тихо поинтересовалась я.

— Мы же проверяли её. Безопасники месяц за ней мониторили, прежде чем я её взял. Как же так…Зараза! Я её уничтожу, она ещё не знает, с кем связалась. Я не просто её выкину, а сначала раздавлю, как прыщ, чтобы у неё вообще ничего не осталось.

Я молчала. Не знала, что сказать в такой ситуации. С одной стороны, я была рада за бывшего мужа, что утечка информации нашлась.