И я в курсе того, что он меня любит, но вот накрыло желанием поплакать и пожаловаться.

— Ясно…

— Это гормоны, — шепчу я и сглатываю. — Меня то тошнит, то я плачу, — губы дрожат, — вот он со мной и развелся, — закрываю глаза и выдыхаю, — вы меня не слушайте… Мне так стыдно… Стыдно и грустно…

— У меня сестра такая, — узистка встает и шагает к столу, — рыдала над крабовыми палочками из-за того, что они не из крабов, а из рыбы, которая ни в чем не виновата.

Всхлипываю и рыбу мне тоже жалко.

— Я сама от себя устаю, — вытираю слезы. — Это жуть.

Я не знаю, что со мной будет, когда я получу свидетельство о расторжении брака. В суде мы вообще всех поставили в тупик. После оглашения того, что наш брак считается расторгнутым, я буквально ревела в грудь Глеба, а он меня утешал и попутно убеждал судью, что развод очень нужен. И я сквозь рыдания соглашалась с ним.

После еще по телефону жаловалась Любе, что я выходила замуж не для того, чтобы разводиться.

— То есть вы после узи в загс разводиться? — спрашивает узистка, клацая по клавиатуре за столом.

— Да.

— Обычно наоборот, — кусает губы. — Хотя… в нашей жизни всякое бывает.

Глава 50. Прям в животе!

— Одинаковые, — говорит Арс, разглядывая свидетельства о расторжении брака.

— Ага, — соглашается Марк с правой стороны от него и хмурится. — Одинаковые.

Аленка слева отправляет ложку мороженого в рот и кивает.

Мы и ЗАГСе произвели неизгладимое впечатление. Завалилась толпа и давай требовать свидетельства о расторжении брака.

Марк, Арс и Аленка чуть не передрались за эти бумажки. Мы их разнимали и пытались объяснить, что третьего экземпляра не предусмотрено. Только два. Не по одному на каждого из них, а два. Для меня и Глеба. Мы же развелись.

Я еще ни разу не видела столько недоуменных взглядов.

— Вы теперь не муж и жена, — Арс поднимает взор. — Как ощущение?

— Как и день назад, — Глеб пожимает плечами. — Как и неделю назад, — делает глоток кофе. — Это только бумажки. Никакие бумажки у меня ничего не поменяют. Никуда ваша мама от меня не денется, — деловито отставляет чашечку на блюдце. — Подожди… нет, что-то изменилось, — замолкает на несколько секунд, — блин, — разворачивается ко мне, — если я тебе не муж, то… бойфренд?

— Чего? — вскидываю бровь.

— Я тебе теперь бойфренд, говорю, — Глеб улыбается.

— Прекрати…

— Я аж помолодел от бойфренда.

— Пап, — Марк кривится. — Блин, не будь странным.

— Кринжовым, — вздыхает Арс и тоже кривится.

— Кринжовый бойфренд, — Глеб вскидывает бровь, глядя на меня.

Медленно моргаю. Минуту назад я хотела плакать, сейчас готова розеточку с мороженым разбить о голову бывшего мужа.

Какие сейчас шутки?

У нас случился развод.

Да, фиктивный, но он случился.