– Занятно… – задумчиво произнес Даниил Романович.

– Простой помещик таких вещей не ведает. Поэтому отнесись к этому делу со всей серьезностью…

Глава 5

1554 год, 20 июня, где-то южнее ТулыПосле обеда второго дня, наконец, отряд Андрея зажал отходящий эрзац-обоз татар и прикрывающую его группу конных пастухов под руководством одного воина. Дальше густой лес с явно заболоченной почвой смыкался с еще более заболоченной низиной. Ни пройти, ни проехать.

Андрей выехал вперед в сопровождении Кондрата и Модеста.

Воин, который был главный в этом отряде, поступил также.

– Празднуешь победу урус? – На неплохом русском спросил супостат, демонстрируя заметный акцент, который, впрочем, не мешал его понимать.

– Просто удачную охоту.

– Охоту?

– Я тут охочусь.

– Ты охотишься на людей? – удивленно переспросил ногаец.

– Почему нет? Люди – самое опасное и совершенное творение Всевышнего. Настоящий охотник не разменивается на зайцев.

Пауза.

Слишком затянувшаяся пауза, в ходе которой Андрей прикладывал все усилия, чтобы смотреть на своего визави так, как смотрит мясник на корову. Прикидывая то, как станет ее разделывать.

– Что ты хочешь от нас? – наконец спросил один из спутников воина с намного более ярким акцентом.

– Мне нужны ваша одежда, ваша еда, и ваше оружие. Все остальное можете оставить и уходить.

– Для воина это позор!

– Ты – воин. Они еще нет. Если для тебя это позор – давай сразимся. Мертвые сраму не имут, как говаривал князь Святослав.

– Какой еще Святослав?

– Да был один князь в стародавние времена. Очень славный ратными подвигами. Твоя левая рука ранена. Управлять конем должно не сможешь. Так что давай сойдемся на саблях и пешком.

– А что, если я возьму верх над тобой?

– Вас отпустят. Если нет, то вы безропотно выполните мои условия. И больше никогда не придете на Русь. Хотите грабить? Ходите в Литву. Мне до нее дела нет.

Он немного поиграл желваками. И кивнул.

– Тогда в круг. И пусть Всевышний рассудит нас.

– Да будет так, – приложив правую руку к груди, ответил этот воин. И слез со своего коня, которого под уздцы подхватил один из его спутников, отведя в сторону.

Андрей поступил также. Только еще передав свое копье с прапором и щит Кондрату. На саблях, значит на саблях.

Вышли в круг.

Этот неприятель, как и все вокруг, если и практиковался в сабельном бою, то в весьма специфичном. Конном. Когда требовалось наносить редкие, сильные удары на проходе в «собачей свалке» или как еще, но в том же духе. Фехтовать же по существу он не умел, во всяком случае, в современном смысле слова. Разве что в формате ударил-отскочил. Но какое это фехтование?"

"Андрей спокойно встал в привычную ему стойку.