Короче, таких как мы, можно только полюбить, причём, желательно за содержание, а не оболочку. И я не верю, что Чернышевский на это способен, ему, кажется, только внешность интересна и развлечения.

Ещё бы до Любы это донести…

На последнем уроке вместо ОБЖ репетируем песню, парней отпускают домой.

Поём мы, конечно, так себе, но Инна Витальевна вместе с музычкой довольны. Главное – выпендриться. Наша классная вообще это любит, активная не под стать своему предмету.

Учительница музыки уходит, а Инна Витальевна даёт нам небольшую передышку, но просит не расходиться, чтобы прогнать песню ещё пару раз.

– Девчонки, вы слышали, кто с нами едет в горы? – заговорщически шепчет Алина, бывшая подружка Любы.

Последние годы мы с Фирсовой не ладили, хотя в детстве были лучшими подругами. Класса после восьмого Люба сдружилась с Алиной и Полиной, другими нашими одноклассницами, и про меня совсем забыла.

Но буквально прошедшей зимой Фирсова поняла, кто для неё настоящий друг, а кто просто хочет дружить с отличницей, чтобы было у кого списать домашку. Короче, мы помирились с Любкой после того, как она почти месяц на больничном с поломанной рукой просидела, и никто кроме меня из класса про девчонку не вспомнил.

– Нет! – отвечают остальные любительницы «горячих» сплетен хором.

– А я слышала! – Алина продолжает подогревать интерес одноклассниц.

Игриво закусывает нижнюю губу и улыбается.

Ой, да ладно. Ну, чего развела интригу?

Так я думаю, пока с уст Алины не срывается имя, которое я хотела бы услышать меньше всего.

– Стёпа с нами поедет, представляете? – пищит девчонка и начинает хлопать в ладоши от восторга.

Мои подруги скептически морщатся, остальные начинают обсуждать, какие наряды с собой возьмут в поездку, чтобы наверняка покорить молодого учителя.

И только я одна стою, как окаменевшая статуя.

– Может ещё передумает, – шепчу стоящей рядом Скворцовой, сама не веря в то, что говорю.

После вчерашнего разговора с физруком я вообще не знаю, как дальше быть. Вроде Саныч пообещал не вставлять мне палки в колёса, но такие условия поставил, что я окончательно запуталась.

В кабинет возвращается классная, мы ещё пару раз прогоняем песню. Вяло и неохотно, потому что желания петь ни у кого особо нет. Девчонки строят грандиозные планы по охмурению Степана, а я думаю, стоит ли вообще теперь ехать с классом.

И на протяжении целых двух дней практически бок о бок находиться рядом с ненавистным учителем.

– Вера Мышкина, подожди, – бросает мне Инна Витальевна, пока остальные мои одноклассницы благополучно выходят за дверь. – Мне надо поговорить с тобой по поводу твоих оценок по физкультуре.

Медленно пытаюсь повернуться, всё ещё надеясь, что мне послышалось. Уши заложило от этого бесконечного пения, быть может.