— Спасибо, любимая, — он осторожно прижал ее к себе, и по телу разлилось знакомое тепло.

Дома их встретила Татьяна Николаевна.

— Мама, познакомься, это Николай, мой муж….

Татьяна Николаевна посмотрела на дочь, которая засыпала на ходу, и на Ротова, который напряженно ждал, что она скажет, словно приговора. Она улыбнулась.

— А вы мне ничего не сказали об этом, — в ее голосе не было ни любопытства, ни упрека, лишь материнская любовь. Или это ему померещилось?

— Я был ужасно не прав и не хотел, чтобы вы напугали Аню известием, что я собираюсь на ней жениться, — к нему вернулась его природная обаятельность.

— А что она могла испугаться? — спросила Татьяна Николаевна.

— Возможно.

— Вы так и будете стоять на пороге, дети?

— Нет. Ане нужно хорошенько выспаться, а я отвезу сейчас наших свидетелей и сразу же вернусь. И мы сможем поговорить.

Когда Анна проснулась, было уже темно. Сонная, она прошлепала на кухню, где горел свет, и замерла на пороге. За столом сидели мама и Николай. Они пили чай и беседовали, не заметив, что она вошла.

— Нет, ну кто бы мог подумать, что Григорий Андреевич — твой отец! — воскликнула Татьяна Николаевна. — Словно сама судьба так распорядилась. Кстати, а ты ему сообщил о том, что он скоро будет дедушкой?

— Пока нет. И не знаю, как это лучше сделать. Он…. Аня! Ты проснулась?!

— По-видимому, еще нет. Что вы делаете?

— Разговариваем, — сказала мама. — Иди, сейчас же, обуй ноги, на улице не лето.

— Хорошо. — Анна попятилась назад.

— Я с тобой! — Николай быстро вскочил и подошел к ней. — Как ты?

— Ужасно! Ты можешь меня ущипнуть?

— Зачем?

— Не могу поверить.

— Лучше я тебя поцелую.

Николай не стал ждать разрешения, а нежно обняв ее, припал к любимым губам. Но тут же получил ощутимый толчок от животика Анны. Он испуганно вытаращил глаза.

— Я сделал тебе больно?! — он был настолько напуган, что не знал, что делать.

Аня, видя его растерянное лицо, не выдержала и рассмеялась. Ее смех звонкими колокольчиками рассыпался по комнате.

— Это тебе за то, что сомневался! — пошутила Анна.

Николай осторожно положил свою руку на живот, испытывая невообразимые ощущения. Малышка сначала шевелилась, а потом, успокоившись, затихла. Николай не сводил глаз с Анны.

— Никогда себе этого не прощу, — тихо сказал он, нежно обнимая жену. Его сердце бешено билось от того, что он мог все это потерять.

Анна с нежностью смотрела на свою двухмесячную дочь, которая заснула, обхватив ручками грудь.

— Ты самая настоящая маленькая принцесса, — ласково прошептала Анна, осторожно перекладывая малышку в кроватку.

Обычно принцессой дочку называл Николай. Анна хотела назвать ее Леночкой, муж не был против, но и в то же время не давал согласия.