Причём, взгляд соскальзывал с него, да так, что даже определить наверняка его цвет и форму не представлялось возможным…

В мой кабинет неспешно залетало нечто, и над верхней плоскостью этого нечто был различим туманный круг от вращающегося винта.

У меня внутри начала подниматься волна страха, хоть этот непонятный предмет, на первый взгляд, и не выглядел угрожающее.

— Это неправильные пчёлы! Они делают неправильный мёд! — эта мысль подсказала мне, что нужно сделать.

Я выбросил по направлению к странному летающему предмету правую руку, с которой моментально сорвалась большая серебристая капля.

Из этой капли, уже в воздухе, сформировалась небольшая стрела, которая вонзилась в переднюю часть аппарата-нарушителя.

Сразу вслед за тем, как моя стрелка воткнулась в обшивку этого механизма, двигатель дрона чихнул, передняя часть его задралась вверх, и в белую поверхность потолка врезались два энергетических разряда, оставив после себя небольшие закопчёные пятна.

— Да, это определённо неправильные пчёлы, — с содроганием подумал я, — а ведь если бы ещё чуть промедлил бы, то эти оба заряда влепились бы в аккурат мне под рёбра… И, как это говорится, пишите письма, да…

Семён прискакал тут же.

Мы с Пропьичем, обсудив этот инцидент пришли к выводу, что сильно расслабились, а потому дежурную смену, наблюдающую за периметром, следует немедленно взбодрить.

Кроме того, нужно привлечь все ресурсы, и выявить маршруты этих незваных гостей.

Где появился один, там появятся ещё несколько нарушителей.

Я подумал, что уничтожать их, если они не будут пытаться откровенно навредить, наверное, не стоит.

Если мы вскроем сеть наблюдателей, то до некоторого момента, сможем показывать им только то, что захотим и контролировать информацию, поступающую к врагу.

Пусть враг думает, что мы не видим нарушителей, и считает, что достиг своих целей…

А наши оппоненты подошли к делу серьёзно. Тот дрон, что мне повезло уничтожить, был снабжён весьма продвинутыми маскировочными полями, и я его визуально заметил только тогда, когда он уже вплотную приблизился.

И это говорит о том, что на этот раз шутить с нами они не намерены и настроены весьма серьёзно.

Я закрыл окно и щелкнул тумблером активации поля отчуждения. Теперь в это окно просто так не залетишь.

Надо, наверное, привыкать к тому, что случиться может всё что угодно и в любой, не самый подходящий момент. И не пренебрегать мерами по обеспечению безопасности.