– В смысле?

– В смысле, он хотел пламенного секса, а я не дала.

– Кхм… Как ты могла? Такому кобелю, и не дать?

– Кобелю, Вика. Правильно ты подметила.

– Лен, секс полезен для здоровья. Могла бы расщедриться, у нас бы головы не трещали от его истерики.

– Пусть передернет, если так приспичило, – отмахнулась я.

– Ты все еще злишься из-за Колокольцевой?

Я вздохнула и отпила глоток кофе.

– Вик, Колокольцева – это вершина айсберга. Ему знаешь, кто шлет сообщения?

– Кто?

– Жена Стрельцова!

– Да иди ты… Серьезно, что ли?

– Серьезно то, что Вадим выделил под нее ставку! Видите ли, она лучшая ассистентка Стрельцова.

Кожухова изумленно распахнула глаза.

– Она что, тоже приедет?

– Да! Причем на три дня раньше самого Стрельцова!

– И что, она прям пишет твоему мужу любовные письма?

Я хмуро взглянула на здание ресторана и выбросила недопитый кофе в урну.

– Пишет, что в Москве ей было с ним хорошо! Представляешь?

Вика вдруг улыбнулась.

– О-о-о, чую, в новом корпусе будет весело.

Я вздохнула.

– Я хочу развод, Вик. Очень хочу, чтобы Вадим его дал.

Она покачала головой.

– Он не даст, Лена. Это я тебе, как психотерапевт говорю.

– Что, с точки зрения психиатрии с Тихоновым все так плохо?

Вика шумно вздохнула и достала сигарету.

– Ты хочешь знать правду?

Я кивнула.

Она прикурила и развеяла дым."

"– Правда, так правда. Ты сама попросила. Он нарцисс. А ты его любимая игрушка. Кукла, которую он холит и лелеет. Такие, как наш Вадим Алексеевич, любить не умеют, но у них очень развито чувство собственности. Он воспринимает тебя, как часть себя самого. Ты – символ его успеха, как мужчины. Поэтому в твоем случае – без вариантов. Он будет играть с тобой, мучить тебя, но отпустить не сможет.

Я зло усмехнулась.

– Ну, это мы еще посмотрим. Я намерена с ним бороться. Не просто бороться. Я хочу победить.

– А вот такое нарциссы не любят. Им нравится, когда ты забитая тихая мышка. Стоит мышке поднять голову, расправить плечи – и знаешь, что ее ждет?

– Что?

– Мышеловка.

Я испытующе посмотрела на подругу.

– Я не попадусь. Идем в ресторан, пора.

Сексуальных губ Кожуховой коснулась улыбка.

– Мне нравится твоя уверенность.

Управляющий рестораном «Мартинез» встретил нас в холле.

– Здравствуйте, Елена Андреевна. Я Илья, мы с вами беседовали по телефону. А это?

– Виктория, – Вика протянула руку и обворожительно улыбнулась.

– Очень приятно. Давайте пройдем в банкетный зал. Выпьем по чашечке кофе, и все обсудим.

В глазах Вики сверкнул спортивный интерес – подтянутый брюнет с лукавым взглядом голубых глаз был как раз по ее части.

– Не кондитер, конечно, но тоже очень даже ничего, – проведя ладонью по своим коротко остриженным волосам, шепнула мне подруга.

Моих губ коснулась улыбка. Вика неисправима.