Проходит мимо меня в темноту. Спина открыта. Вдоль позвоночника шикарный хвост до самой талии. Поперек спины едва заметная силиконовая резинка от бюстгальтера… она взмахивает волосами… и медальон на цепочке между лопаток. Я уже и забыл, а может, никогда и не знал, какими могут быть наощупь натуральные волосы. Мои блондинки, брюнетки и рыженькие — сплошь крашенные. А у Карины, вообще, наращенные. Авария замирает на входе в комнату, и я незаметно глажу пальцами ее роскошный хвост, вдыхаю поглубже, желая уловить точнее запах. Очень тонкий… хрустальный какой-то запах… Дорогой!

Включаю подсветку поярче — неоновый голубой периметр по верху и низу.

Оглядывает комнату. Диван расстелен… и мы можем прямо сейчас…"

"Садится в кресло, подкладывая под себя одну ногу. Зависаю на ее голой коленке. Взгляд скользит по бедру. У нее белые трусики…

— Может, на диван? — подмигиваю ей.

— Ты — на диван.

Ясно… Окей… Пусть пока так.

— Френдзона? — усмехаюсь я, показывая руками расстояние от дивана до кресла.

— Не. Зона отчуждения.

— Ммм… — сажусь на соседнее кресло, оно ближе, чем диван. — Ты у нас не простая Авария? Атомная?

Усмехается.

— Чай, кофе? Вино, шампанское, коньяк?

— Нет. Мой рюкзак.

— Там есть что-то, чего нет у меня?

— Мхм…

Поднимаюсь, приношу. Достает зарядное и телефон. Оглядывается. Забираю из рук, втыкаю в розетку. Она за столом, который между нами.

— Как тебя зовут?

— Авария… — улыбается она. — А тебя?

Белые идеальные зубки сверкают

— Арчи.

— Арчибальд, что ли? — поднимает она бровь, губы подрагивают в попытке не смеяться.

— Артур. Друзья зовут Арчи.

— М.

— Спать? — киваю я ей на диван.

— Можешь ложиться, — словно позволяя.

— Спасибо, что разрешила, — хмыкаю я. — В душ хочешь?..

— Обойдусь.

Подтягивает ближе телефон. Пальчики бегут по экрану. Подносит, хмурясь, к уху. Вздрагивает от резкого звука, который слышу даже я: «абонент недоступен».

Мне становится как-то неуютно от этого ее звонка. Словно она швырнула мне на грудь кошку, умеющую одаренно скрести.

— Кому звоним? — всматриваюсь в ее лицо.

— Одному близкому человеку.

— Зачем?

Кивает на часы — четыре.

— Утро… «Завтра»… пришла пора «порешать».

«Одному близкому человеку». Так что ж он, черт возьми, тебя не забрал от твоего отчима?

Меня вспенивает, и дыхание срывается. Теперь точно не от возбуждения. Чувство собственности? Да. Я решаю твои проблемы, значит ты принадлежишь мне, Авария.

— Какому «близкому» человеку? — сжимаю я челюсти, перехватывая ее запястье.

Вынимаю телефон, отодвигаю подальше.

Дергает руку. Не отпускаю.

— Мне пора! — встает с кресла.

— Как это?.. — что-то в моих мозгах перещелкивает.

Нет, меня не накаляет, что она не ведется на попытку уложить ее быстро. Скорее, наоборот.