А это, скажем прямо, нездоровый подход. И мне не нужны ни друзья, ни психотерапевт, чтобы это осознать.

Раньше я никогда не понимала людей, которые делают «перерыв в личной жизни», чтобы «сначала разобраться в себе». А теперь, наверное, понимаю.

Изначально я устроила этот одиночный побег в Лондон лишь потому, что меня тошнило от людей и я хотела забраться под одеяло дня на три. Но теперь я чувствую, что все гораздо глубже.

Речь о том, чтобы доказать себе: я могу делать то, что мне хочется. Именно об этом я писала в октябрьской колонке после своего дня рождения: я так мало ценю то, что у меня есть, лишь потому, что мне не с кем это разделить. Не поехать в отпуск, не посмотреть фильм, не сходить в ресторан… ради чего все эти «не»? Чего я добиваюсь, кроме обиды на весь мир? Никто не виноват в том, что я чего-то не сделала: это был мой, и только мой выбор. И давление окружающих, и чувство «я какая-то неправильная» – лишь в моей голове.

Теперь, когда я смотрю на ситуацию с этой точки зрения, мне все понятно. Воображаемый список того, что я не сделала лишь из-за отсутствия у меня парня, постоянно растет, и каждый раз это как удар под дых.

Внезапно мне начинают казаться жалкими не мои провальные свидания, а то, как я сама себя ограничивала.

Я злилась на друзей за то, что их жизнь вращается вокруг кого-то другого, хотя сама ничем не отличалась от них, как правильно заметил Дункан. Разница лишь в том, что моя жизнь вращалась вокруг пустоты, и эту пустоту я надеялась заполнить «кем-то другим» – парнями, с которыми встречалась.

В последние несколько лет я стала настолько болезненно относиться к собственному одиночеству, что сделала эту мысль центром притяжения всей своей жизни. Все вертелось вокруг отсутствия бойфренда, попыток найти бойфренда или хотя бы сходить на свидание. С мыслью об отношениях я засыпала и просыпалась, она была той призмой, через которую в моих глазах преломлялись все чужие слова и поступки.

Наконец официант приносит спагетти.

Что ж, пора с этим заканчивать, думаю я.

Или… хотя бы начать заканчивать, что ли.

Пора поставить себя на первое место, и мне нужно сделать нечто очень сложное и очень важное, если я искренне хочу жить по-новому.

Мне нужно порвать со своей прежней жизнью."

"Это бьет по мне наотмашь, и несколько мгновений я сижу за столиком, уставившись в пустоту. У меня гора падает с плеч – тяжесть, о существовании которой я раньше и не подозревала. И я чувствую странное умиротворение.

Знаю, это может показаться нелепым или даже смешным, но я вдруг вижу в своем открытии глубокий смысл.