Мы неслись через джунгли, и на нас падали гусеницы, насекомые, из земли вырывались различные червяки-убийцы, а ещё клещи, стреляющие собою, словно пули…

Сорок километров этого ада оказались настолько тяжелы, что даже Альме пришлось отдохнуть, чтобы восстановиться. Но мы успели! Прибыли прямо в идеальное время.

Остров-лифт не редкость для Проклятого мира. На его дне находятся магические камни, и они в зависимости от погоды и высоты напитываются маной и подавляют парящие кристаллы. Когда кристаллы подавляются, остров опускается. Когда подавление снижается, остров поднимается. И сейчас он поднимался.

Достав из кольца сумки, я начал собирать дельтаплан. Оля лишь раз выглянула из рубашки и спряталась обратно. Зато не мешается. А после я оседлал Арахну, и она с разбега бросилась в пропасть…

Я держал её ногами, а она использовала магию ветра, и хоть Альме было до чёртиков как страшно, но она со всем справилась, и вскоре наш дельтаплан оказался на «лифте».

Он небольшой, около полукилометра, в диаметре на нём почти не было деревьев, лишь трава и кусты. Источника воды здесь тоже было мало, и остров в основном состоит из камней.

— Теперь что? — спросила Арахна, присевшая на землю.

— Поднимаемся, — я указал наверх. — Это займёт время, так что можно передохнуть.

В этот момент подул сильный ветер, и даже я вздрогнул. Морозненько. Магическая буря усиливается.

— А они? — Альма указала на коконы на своей паучьей спине.

— Пусть спят.

— Завидую им… — у меня из-за пазухи вылезла ворона и посмотрела на меня.

— Сейчас палатку поставлю.

Остров поднимается медленно, поэтому у нас было часов пять. Я установил среднего размера палатку и затащил туда коконы, а Альма стала человеком. За ней и Оля очеловечилась.

Далее я растопил небольшую походную печь и начал готовить ранний ужин.

Горячий суп с мясом, ну и когда оставил его докипать, глянул, что снаружи. А там холодрыга, и ветер усиливается. И остров стал быстрее подниматься… Плохо дело. Буря начнётся куда раньше, чем предполагалось. Но мы успеваем.

Так что я поспешил в палатку, и мы начали ужинать.

— Оживаю… — простонала Оля, лопавшая горячий суп. — Ненавижу мороз. Мне той пещеры близ Мурманска на всю жизнь хватило.

— Это другая буря, она может резко смениться на ливень, — возразил я. — И чтобы не застрять в ней, мы и спешим.

— Да понимаю я… Просто вдруг инстинкт самосохранения активизировался.

Я с подозрением посмотрел на неё. Оля и инстинкт самосохранения?.. Особенно когда она голышом купалась в пруду в академии?..

— Не смотри на меня так. Знаю, о чём ты думаешь. И тогда у меня была самооценка на уровне камушка, — проворчала девушка и засмущалась.

— Помню-помню, — захихикала Альма, наслаждающаяся супом. В отличие от Оли, на ней было чёрное платье.