Мы проводили ее взглядами. Воран вернулся к нам и взял Эрин.

– Ты молодец, – сказала я ему одними губами, благодарная за то, что он так ловко замял скандал.

Он посмотрел на меня, и я поразилась: внешне он был спокоен и сдержан, но в глазах плескалась ярость, которая стала отступать в глубину при взгляде на меня.

– А где Филипп? – спросила я Робина, удивленная отсутствием свекра.

– Он в деловой поездке, я позвонил ему, и он уже вылетел обратно.

С уходом Аманды все ожили. Робин пошел отдать распоряжение слугам собрать вещи Эрин, а мы, по настоянию дочери, посетили Пола.

* * *"

"Обратно мы летели вместе с Эрин и Робином. Он беспокоился за нее и сказал, что хочет присутствовать при сеансе с Димитриусом. В его кабинете мы разместились практически в прежнем составе. При встрече мы с этим горе-психиатром обменялись занимательными взглядами – мой, подозрительный и нелюбезный, столкнулся с его, напряженным и внимательным. Я была зла на него и этого не скрывала, он же указал глазами на руку Ворана, что обнимала меня. Если он намекал, что это результат его гениального лечения, то стоило его разочаровать. Я была уверена – в этом лишь наша с Вораном заслуга, и извиняться перед ним была не намерена.

Гордо вскинув голову, я всем своим видом дала понять ему это.

Не будь я так зла на него, то меня бы тронуло его отношение к Эрин. Димитриус просто расцвел при взгляде на ребенка. Моя же малышка подозрительно на него посмотрела и расслабилась лишь после того, как узнала, что он друг Ворана.

Димитриус начал с ней разговор на отвлеченную тему, интересуясь, какие сказки она любит. Лишь я чувствовала луч силы, направленный на нее при этом. Через некоторое время я заметила тень обеспокоенности на его лице, и сердце тревожно забилось.

– Она такая же, как твоя шелани, не могу пробиться, – тихо объяснил он Ворану, а я выдохнула. Не знаю, стоило ли радоваться этому в сложившихся обстоятельствах. Похоже, это все лишь усложняло.

С помощью Ворана, который убедил Эрин довериться Димитриусу, и массы окольных вопросов все же удалось начать разговор о произошедшем. Только Воран уговорил Эрин рассказать о том, что произошло, и убедил открыться и довериться психологу.

– Он заберет все твои страхи и прогонит страшные картины! – убежденно сказал он ей.

Мало-помалу она начала говорить, и я чувствовала силу Димитриуса, направленную на нее. Мне, как и Эрин, оставалось лишь довериться ему и верить, что он поможет моей дочери.

После сеанса Робин увел Эрин, а мы задержались, чтобы услышать заключение. Димитриус выглядел уставшим и вымотанным.

– Я сделал все, что мог, – сказал он и плеснул себе выпить. – Она пустила меня лишь после того, как стала доверять. Правда, энергии ушло на это в разы больше, чем обычно, – добавил он.