Что ж, значит придётся уважить покойного предшественника. Убивать всех виновных налево и направо я не стану. Но того, кто за всем этим стоит, обязательно найду. От этого зависит не только жизнь Кирилла, но и мой рассудок.

Похоже, перемещение в чужое тело, как и любая медицинская манипуляция, имеет свои побочные эффекты.

* * *— Стража! — санитар с криками выскочил из-за угла коридора, чем заставил задремавшего охранника проснуться.

Боец, стороживший палату Григорьева, резко вскочил и уставился на санитара глазами, полными непонимания. Похоже, он до последнего не ожидал, что его помощь на самом деле может пригодиться.

Эдуард Дмитриевич Дубков наблюдал за происходящим из другого конца коридора. Он уже убедился, что нефролог Кондратьев спит. Храп, раздающийся из ординаторской, невозможно не заметить.

— Что случилось? — окончательно проснулся стражник.

— Я видел постороннего человека, — заявил санитар. — Вооруженного. Он скрывается в соседнем крыле. В пустых палатах. Думаю, он как раз направлялся сюда — к палате Григорьева. Пойдёмте! Возможно, он ещё не сбежал.

— Проклятье… — выругался стражник. — Ведите, сейчас разберёмся.

Сработало…

Дубков с облегчением выдохнул, но расслабляться было ещё слишком рано. Эдуард Дмитриевич держал руку в кармане. Его ладони вспотели, поскольку ему пришлось целый час перемещаться по клинике в резиновых перчатках. Как не попасться на камеры он знал, но важно было ещё и не оставить следов этой ночью.

Тем более он должен подкинуть на место преступления один предмет, который уже лежит в кармане его халата.

Ключ от кабинета Булгакова. Именно тот ключ, которым он обычно пользуется. Санитар умыкнул его из регистратуры, предварительно позаботившись о том, чтобы на нём не осталось отпечатков.

Дубков мысленно повторил план действий.

Убить Григорьева, оставить ключ где-нибудь под кроватью и сбежать. Утром, когда начнётся расследование, в поликлинике обнаружится пропажа ключей. Тогда все улики укажут на Павла Булгакова. Ведь именно он дежурил в стационаре этой ночью. И по логике только он мог выронить свой же ключ на месте преступления.

Дубкову было страшно. Особенно его пугала мысль о том, что убийство собственного пациента не вызывает у него никаких эмоций. В этом плане Эдуард Дмитриевич оказался гораздо холоднее, чем думал изначально. Больше всего он боялся, что его схватят.

Тогда предсказать дальнейшие события будет невозможно. Либо он сгниёт в тюрьме, либо же сам займёт место Григорьева. Другими словами, Виктор Шолохов наймёт другого человека, чтобы убить Дубкова, который запросто может проболтаться, оказавшись в заключении.

Эдуард похлопал себя по лицу, собрался с силами и вошёл в палату. Григорьев не спал.