– А я мог бы поклясться, что в четверг на вашей кофточке были маленькие серебряные пуговицы. Той, розовой. Я еще заметил, что одна пуговица едва держится, когда вы пришли ко мне наверх.

Если это было в принципе возможно, я покраснела еще больше. Что за дурацкая игра? Неужели он пытался представить все так, будто я заманила его в конференц-зал?

Наклонившись настолько близко, что его дыхание обожгло мне ухо, он прошептал:

– Вам в самом деле следует быть осторожней.

Сдерживаясь из последних сил, я опустила руку и прошипела сквозь стиснутые зубы:

– Подонок.

Он отшатнулся, словно я отвесила ему пощечину.

Непонятно, зачем он прикидывался изумленным, если первым нарушил правила? Одно дело – вести себя со мной как придурок наедине, и совсем другое – подвергать мою репутацию риску в присутствии других исполнительных директоров. Он еще получит за это позже.

В течение всей встречи мы обменивались взглядами, причем мои были полны ярости, а его – растущей неуверенности. Я изо всех сил старалась глядеть на разложенные на столе распечатки с таблицами, чтобы не встречаться с ним глазами.

Как только все закончилось, я собрала свои вещи и поспешила прочь. Но, как я и предполагала, он тут же припустил за мной к лифту. Кончилось тем, что мы оба очутились у задней стенки кабины, медленно закипая, пока лифт полз вверх на наш этаж."

"Почему бы этой штуке не двигаться быстрее, и с какой стати на каждом этаже оказывался кто-то, непременно желавший воспользоваться лифтом прямо сейчас? Повсюду вокруг нас люди говорили по телефону, перелистывали документы или обсуждали обеденные планы. Шум перерос в громкое гудение, почти заглушавшее ту словесную порку, которую я мысленно задавала мистеру Райану. К тому времени, когда мы добрались до одиннадцатого этажа, кабина была почти битком. Дверь открылась, и еще трое попытались протиснуться внутрь. Меня прижали спиной к его груди, а задницей к его… ох.

Я почувствовала, как тело мистера Райана чуть напряглось. Он резко втянул воздух. Вместо того чтобы прижаться к нему, я попыталась отстраниться как можно дальше. Однако его рука легла мне на бедро, и он притянул меня обратно.

– Мне понравилось, как ты трешься об меня задницей, – прошептал этот козел мне на ухо. – Куда же ты…

– Еще две секунды, и я кастрирую вас каблуком.

Он придвинулся еще ближе.

– С чего это ты вдруг стала еще большей стервой, чем обычно?

Обернувшись, я прошипела:

– Как это на вас похоже – выставить меня перед вашим отцом шлюхой, делающей карьеру через постель.

Он уронил руку, а заодно и челюсть, и растерянно заморгал.

– Что? Нет!

Сконфуженный мистер Райан выглядел до ужаса сексуально. Подонок.

– Я просто валял дурака.

– А если бы они вас услышали?

– Они не услышали.

– Но могли.