Причем если бы не смерть Муссолини и последующий выход Италии из войны, то мимо звания он бы пролетел.

А мне пришлось провести небольшую «чистку» в рядах информбюро. Причины, почему Жуков не обратился ко мне за помощью в налаживании контакта с Коминтерном, не особо важны. А вот то, что мои сотрудники готовы за моей спиной не просто предоставлять информацию и важные контакты другим людям, но и даже не сообщать мне об этом — уже гораздо серьезнее. Уволить я никого не мог, как и формально дело не завести, зато перевод на фронт в качестве военного корреспондента таким вот «ретивым» обеспечил.

— Мы можем и дальше задавить их! — убежденно заявлял Жуков на совещании. — Зачем просить мир? Если они согласятся, то получат передышку, а через пять-десять лет нападут! Но в этот раз первыми, без предупреждения и полностью проработав итоги текущей войны.

— Согласен с маршалом Жуковым, — кивнул Белов. — Сейчас капиталисты могут согласиться на мир, но лишь с целью подготовиться и возобновить боевые действия. Своих целей они не достигли, а сил у них еще полно. Лишь времени на перевооружение не хватает. Опыт их бойцы тоже получили. Мир сейчас — лишь отсрочка.

— А что скажет товарищ Огнев? — повернулся ко мне Иосиф Виссарионович. — Это ведь ваша идея — просить мир у противника.

— Как и говорил ранее, нужно продолжить вести нашу политику: по нашей доктрине мы не ведем агрессивные действия, лишь отвечаем на угрозы. Формально — угроза устранена. Посыл о мире — это следование нашей доктрине. И в то же время я согласен с маршалами, что враг еще силен. И именно поэтому они сейчас на мир не пойдут. Могут согласиться на перемирие, для тех целей, что уже прозвучали, но вот перемирие-то как раз им давать не надо! Только полноценный мир, настаивать надо на этом. И вот этого враг уже нам не даст.

— Тогда к чему весь этот фарс? — фыркнул Жуков.

— Для того чтобы когда будет реализована вторая часть моего плана, враг дрогнул и сам воспользовался нашими тезисами о мире и пришел просить его. А не искал пути, как нас уничтожить, не считаясь с потерями.

— Как будто у них это получится, — самоуверенно отмахнулся Георгий Константинович.

Но эту его браваду все проигнорировали. Первый шаг — умиротворение конфликта в Испании сделан. Теперь очередь за Сергей Палычем. От того, как скоро он завершит ракету, зависит очень многое.

* * *— Когда эти чертовы красные макаки покинут нашу землю? А? Я вас спрашиваю, Кейтель? — с перекошенным от ярости лицом, кричал Гитлер. — Они попирают нашу землю уже почти год, а мы топчемся на месте!

— Мой фюрер, нас сдерживает пакт о ненападении с Польшей, — сдержанно ответил оберст-генерал. — В военном плане лучшим решением было бы перерезать линию снабжения их войск, но для этого необходимо пройти польскую границу.