— Если кому расскажешь, я тебе голову откушу.

По интонации, с которой это было сказано, можно было поверить, что он так и сделает.

— Так что держите рот на замке! — добавил он немного спокойнее. Потом совсем погрустнел и поник. — Что-то разоткровенничался я сегодня, не к добру это.

— Не переживайте, Альберт Венедиктович, — ласково сказала Настя и улыбнулась, чтобы поддержать внезапно скисшего старика. — Эта тайна останется строго между нами.

Глава 3

Поджарский посмотрел нам обоим в наши честные глаза сквозь полный недоверия узкий прищур, немного подумал, потом слегка расслабился, но стал каким-то грустным.

— Придётся взять с вас клятву, — заговорщицким тоном произнёс артефактор. — Хоть мне и очень хочется вам верить, но осторожность превыше всего.

— Я вас прекрасно понимаю, Альберт Венедиктович, — сказал я от души, прижав руку к сердцу. — Мы готовы принести любую клятву, чтобы обезопасить и вас и себя.

— Хорошо, тогда идите сюда, — он поманил нас пальцем, как маленьких детей, и подошёл к странного вида аппарату, стоявшему у дальней стены.

— А что это? — поинтересовалась Настя, когда увидела, что старик активирует таинственное изделие.

— Клятвоприёмник, — буркнул он, а я чуть не заржал. У нас в отделении были разные приёмники для биологических жидкостей и отходов, но такого явно не хватало.

— И как это работает? — спросил я, борясь со смехом.

— Произносишь клятву, как я скажу, а потом кладёшь сюда палец, чтобы прибор смог получить каплю твоей крови, — сказал старик, потирая руки в предвкушении чего-то особенного. — А потом вы даже если захотите рассказать, у вас просто ничего не получится, сработает блокировка.

— Очень любопытно, — пробормотал я себе под нос. Потом продолжил громче: — А таких приборов на свете много?

Этот вопрос меня интересовал больше из-за этого злополучного заговора, который теперь именуем несостоявшимся госпереворотом. Если и у них такие приборы есть, тогда понятно, почему недостаточно информации удаётся получить от задержанных."

"— Это моя личная разработка, — гордо произнёс старик и приосанился. — Я сам его спроектировал и собрал. Думаю, вряд ли у кого-то ещё такой есть, это единственный экземпляр.

— Уже хорошо, — хмыкнул я. — Пусть здесь и остаётся, не продавайте никому ни за какие деньги.

— Некоторые вещи нуждаются в тишине и тайне, — немного с грустью сказал артефактор. — Как бы ни хотелось ими похвастаться. Как семейное счастье, например, любит тишину. Об этом всё чаще забывают, потом расплачиваются. Итак, приступим к делу, суй палец сюда.

Он указал на небольшое отверстие в верхней части мерцающего огоньками прибора. Странно, он вроде сказал, что сначала клятва, а потом палец, но я не буду его учить.