Он стоял вполоборота к Марку, правая рука с ножом под локтем левой, выставленной чуть вперед. Подполковнику хватило мгновения представить, отмечая угол сгиба вооруженной руки, куда именно и по какой дуге будет нанесен удар: секущий в шею.

И он не стал отклоняться назад, пропуская удар, чтобы тут же сократить дистанцию и контратаковать одной рукой. Он выбрал другой, более стремительный и эффективный прием – резко бросился к противнику в тот момент, когда его рука сорвалась с места, описывая дугу. Проводив краем глаза уходящий и красиво сверкнувший на красноватом солнце клинок, он заблокировал атакующую руку в зоне локтя.

Остальное было делом техники. Правая рука Марка сжала кисть атакующей руки противника, левую он молниеносно просунул под локоть той же вооруженной руки и встретил пальцы своей левой. Все, Марк накрыл руку, проведя болевой прием."

"Но то было только началом наработанной связки. К тому же за противником, который еще не успел вскрикнуть от боли, находился еще один. Прогибаясь, Марк поднырнул под руку соперника и оказался спиной к нему – но лицом к другому. Расстояние как раз позволяло подполковнику нанести короткий и хлесткий удар ногой.

Бил он в пах, сильно и наверняка. И снова занялся первым, который буквально висел на его плече с рукой, взятой на перелом. Марк быстро развернулся, рванул руку вниз, продолжая удерживать ее сцепленными вместе руками, и предплечьем левой резко надавил на локоть. Раздался хруст. Рука противника, сломанная в локте, вывернулась в обратную сторону.

Пора бросать его и сосредоточиться на втором, который к этому времени только начинал приседать и корчиться от боли. Но времени хватило еще и на то, чтобы вывернуть сломанную руку первого так, чтобы тот рухнул на колени.

И появился хороший момент для атаки ногой. Марк, отпуская наконец руки, двинул противника коленом в челюсть. Удар был такой силы, что противник замертво рухнул на землю, сгибая ноги в коленях, как тряпичная кукла.

Прямые удары – конек Марковцева. Короткий прыжок в сторону противника – и каблук ботинка ударил в голову второму дагестанцу, опустившемуся на колени.

Нет, не их инструктором по рукопашной был Пантера с позывными «Один-четыре», иначе пришлось бы подполковнику повозиться.

Сергей никогда не действовал прямолинейно и учил своих бойцов чаще смещаться в сторону. И сам вставал на помост, демонстрируя тактику рукопашного боя. Сейчас он сделал все просто – одним лишь движением выстроил друг за другом кажущихся неустрашимыми бойцов и по одному перебил их за считанные мгновения. И даже дыхание его почти не участилось. И не понадобился пистолет, который Марк демонстративно поправил под рубашкой. Ровным голосом он спросил Джавгара, стоящего на удалении:

– Так кто убил каперанга Бондарева?..