Мы успеем на завтрак, если поторопимся. К профессору зайду после того, как поедим.

Внутри становится тепло и уютно, когда я думаю о подруге. Она меня бы никогда не бросила, и я её тоже. А Лину даже жаль, она не знает, что такое настоящая дружба. Скоро она проколется, покажет своё истинное лицо, и этот святоша Рикард даст ей отворот поворот. Какой смысл притворятся кем-то другим, если рассчитываешь на отношения? Всё равно рано или поздно всё вскроется.

Утонув в собственных мыслях, я не замечаю, как Майрок оказывается рядом.

— Стой.

Он удерживает меня за плечо, и я замедляю ход.

— Ты чего? — я испуганно шарахаюсь в сторону.

Уж Флейма я точно не ожидала увидеть сейчас рядом с собой. Стоило бы пошутить, что он уже ни дня без меня не может, но звучать будет не слишком-то смешно.

— Почему не рассказала про своего дядю? — с тихой злостью спрашивает он, глядя мне в глаза.

— Что не рассказала? — недоумеваю я.

Наоборот, мы ведь совсем недавно даже откровенничали друг с другом, как бы странно это не было. И я поделилась тем, что меня отправили в пансион, оговорили. Чего он сейчас бесится?

— Ты скрыла то, что он хотел продать тебя и твою магию. Почему молчала, Медея?

А об этом я и правда умолчала. Не то чтобы умышленно. Просто тот день вызывает чувство стыда и беспомощности. А я не люблю быть жалкой.

Вдруг понимаю, что чувствую отголоски эмоций Маройка. Кажется, наша связь крепнет. Он в ярости из-за дяди и того, что могло случится. И волнуется из-за меня…

Это будит странное сладкое чувство в груди. Я знаю, что его беспокойство вызвано меткой и нашей связью, но на пару мгновений позволяю себе обмануться. Приятно ощущать, что есть кто-то, кому ты небезразлична.

Глава 18.3

Но сладкое мгновение испаряется, едва я вспоминаю какая пропасть между мной и Флеймом. Дурман спадает, оставляя чувство горечи и разочарования.

— Не о чем говорить, — отрезаю я. — Не лезь туда, куда тебя не просят.

— Значит, ты девственница?

Лицо Майрока не выражает эмоций, лишь глаза слегка прищурены. Но я чувствую, что эта тема вызывает у него прямо-таки нездоровый интерес. И я прекрасно осознаю, с чем это связано. И радости это осознание нисколечко не прибавляет.

— Да, думаю, это именно то, что я хотела бы обсуждать утром в коридоре академии, — с сарказмом отвечаю я, понижая голос.

— Иди сюда, — Майрок кивает на соседний коридор, где куда меньше народу.

Я так точно сегодня не позавтракаю! Да и обсуждать тот день, когда меня хотели продать, и отсутствие опыта с мужчинами совсем не хочется. Но от Майрока не сбежишь, так что остаётся лишь подчиниться.

Тем более, что его рука касается моей поясницы, подталкивая. Распускать грабли уже становится у него привычкой.

Мы подходим к широкому окну в соседнем коридоре, здесь куда тише и почти нет лишних глаз.