Сквозь нее были видны растения зимнего сада, а также расположенные в несколько ярусов друг над другом коридоры с палатами, где содержались особо буйные пациенты.

Дождь лил как из ведра, угольно-черное небо то и дело прорезали яркие вспышки молний, оглушительно грохотал гром. Пригнув голову, Тамара Петровна подбежала к железным дверям главного здания и надавила кнопку звонка. Где-то внутри раздалась звонкая трель. Прижавшись к стене, Тамара Петровна закрыла зонт – резкие порывы ветра так и норовили вырвать его из рук. Да и все равно она уже вымокла до нитки.

Дверь со скрипом отворилась. Валентин, один из дежуривших этой ночью санитаров, больше похожий на борца-тяжеловеса, впустил женщину внутрь. Тамара Петровна тут же проскользнула мимо него и вбежала в сухой и теплый вестибюль.

– Как вам погодка? – насмешливо спросил Валентин.

– Отвратительная! Даже зонт не спас!

Она сняла шляпку и попыталась отжать промокшие волосы.

– Ну что, у вас тут все в порядке?

– В полном! – Валентин широко улыбнулся. Парень он был неплохой, но иногда чересчур уж медленно соображал. – Правда, некоторые пациенты ведут себя немного беспокойно, но это обычное явление во время грозы.

Оболдина огляделась по сторонам. В вестибюле кроме них двоих никого не было.

– А где твой напарник? – удивилась Тамара Петровна.

– Илья-то? Сам не знаю. Я как на смену заступил, так еще его не видел. Но он где-то здесь, в здании. Охранники видели, как он входил.

– У него ведь нет ключей от соседних блоков?

– Нет, они все у меня. – Валентин похлопал себя по поясу, где рядом с увесистой резиновой дубинкой была пристегнута связка ключей.

– Значит, он не мог далеко уйти, – резонно заметила Тамара Петровна. – Все двери ведь заперты.

– Найдется, – отмахнулся Валентин. – Я у вас вот что хотел спросить. Что будем делать с Валентиной Ланской? Она, по сути, здорова…

Тамара Петровна на минуту задумалась.

– Это та, что кричала о нашествии гигантских пауков? – вспомнила она. – У нее еще вышла какая-то неприятная история с падчерицей…

– Да, она самая. Ведь, как оказалось, пауки действительно были. Это не плод ее больного воображения."

"– Помню, – кивнула Оболдина, стягивая с себя мокрый плащ. – О случае в «Куполе мира» все газеты писали. Да ведь с тех пор всего месяц прошел. Вот что: ее надо перевести в отдельное помещение, предоставить ей книги, телевизор, хорошее питание. У нее был сильный нервный срыв, но, похоже, сейчас она действительно здорова. Сама я не имею права отпускать ее… Но когда вернется профессор Дубровский, думаю, он не будет возражать.

– Хорошо, – сказал санитар. – Я все сделаю.

В этот момент по пустым коридорам прокатился истошный вопль.

– Клю-ю-юч!!! – вопил пациент.