К тому времени жена и сын президента уже вышли из-за стола, и он остался наедине с Анжеликой. Над их головами продолжал грохотать фейерверк.

– Ты слышала что-нибудь? – встревоженно спросил Эдуард. – Кажется, кто-то звал на помощь!

Анжелика отрицательно покачала головой.

– Вам послышалось, – сказала она. – Это лишь восторженные крики толпы.

Эдуард огляделся по сторонам.

– Я схожу с ума? – прошептал он.

Он совершенно точно слышал чей-то призыв о помощи!

Не выдержав, Кривоносов встал из-за стола и отправился на поиски начальника охраны Якова Каменецкого, которого видел поблизости всего пару минут назад. Но глава службы безопасности «Экстрополиса» как в воду канул. Эдуард Владленович прошел сквозь толпу гостей и направился на другой конец палубы.

Никита вжался в стену, опасаясь, что его заметят. Сейчас он уже мало был похож на человека. Черты лица удлинились, тело стало гораздо мощнее. Молочно-белые клыки поблескивали в полумраке. Кошачьи глаза приобрели необычайно острое зрение, остроконечные уши – удивительный слух. Склонившись над телами поверженных телохранителей, Никита втянул чуткими ноздрями воздух. Он ощутил слабый запах гари, а еще – едва уловимый аромат женских духов.

– Ядвига! – глухо прорычал он.

Она была здесь совсем недавно. Свалила с ног этих двоих и отправилась дальше. Судя по аромату, куда-то вниз. Никита пошел на запах, туда, где духи чувствовались сильнее. След Савицкой увел его далеко от шума вечеринки, в трюм корабля. Никита спустился по железной лестнице и оказался в узком коридоре с низким потолком.

Коридор вел в машинное отделение, откуда доносилось ровное гудение работающего двигателя. Что ей там понадобилось?

Никита опустился на четыре конечности и, охваченный самыми дурными предчувствиями, быстрыми скачками понесся в сердцевину корабля.

* * *Машинный зал теплохода был освещен тусклым желтым светом фонарей, закрепленных на стальных стенах. Здесь было очень жарко, и лоб Никиты тут же покрылся испариной. В помещении стоял неимоверный грохот от гигантских двигающихся поршней, подающих топливо в камеру сгорания. Вдоль стен тянулись тонкие железные трубки, по которым перекачивалось горючее. Ворвавшись в машинный зал и увидев фигуру в центре, Никита удивленно замер. Механизм осматривал уродливый клоун в кроваво-красном балахоне. Но вот клоун стащил с головы улыбающуюся маску и отшвырнул ее в сторону.

Ядвига Савицкая! Взбив свою пышную шевелюру, она шагнула к двигателю. Женщина что-то бормотала, но из-за шума мотора Никита не слышал ее слов. Савицкая сбросила балахон, оставшись в облегающем тело кожаном комбинезоне. Приблизилась к стене и ударом ноги пробила топливную трубу. Черная жидкость тут же хлынула бурным потоком, заливая пол.