– В смысле, я не согласен, чтобы новичков выпускали в мир в возрасте десяти лет или где-то около, но иногда мне кажется, что полевые испытания должны протекать действительно в полевых условиях. Первый год службы стражем дал мне больше с точки зрения знаний, чем все годы обучения. Ну… может, не все. Но это абсолютно другая ситуация.

Мы обменялись взглядами, довольные общим согласием. Что-то теплое разлилось внутри, и злость начала стихать. Дмитрий понимал мое недовольство системой обучения, но, если уж на то пошло, он понимал меня. Наставник оглянулся, однако за стойкой никого не оказалось.

В вестибюле были только несколько учащихся чуть старше десяти. Они занимались или болтали.

– Ох, мы попали в спальный корпус старших ребят. – Я сместила вес своего ящика. – Младшие – соседняя дверь.

– Да, но госпожа Дэвис живет в этом здании. Давай-ка я разыщу ее и спрошу, куда нужно отнести ящики. – Он осторожно поставил свой ящик. – Сейчас вернусь."

"Проводив его взглядом, я тоже поставила свой ящик. Прислонившись к стене, я осмотрелась и едва не подскочила, разглядев всего в паре футов от себя моройскую девочку.

Она стояла так неподвижно, что раньше я не заметила ее. На вид ей было лет тринадцать-четырнадцать; высокая, гораздо выше меня, что лишь усугублялось ее худощавостью. Волосы напоминали облако темно-каштановых кудрей, на лице веснушки – большая редкость у бледнокожих мороев. Увидев, что я смотрю на нее, она широко распахнула глаза.

– О господи! Ты ведь Роза Хэзевей?

– Да, – с удивлением ответила я. – Ты меня знаешь?

– Кто же тебя не знает? В смысле, о тебе все слышали. Что ты сбежала, а потом вернулась и убила двух стригоев.

Это так круто! У тебя есть знаки молнии?

Она тарахтела с такой скоростью, что едва успевала дышать.

– Да. Два.

От мысли о крошечных татуировках на задней стороне шеи по коже побежали мурашки.

Ее бледно-зеленые глаза распахнулись еще шире – если это было возможно.

– О боже мой! Класс!

Обычно меня раздражает, когда поднимают шум из-за моих знаков молнии. В конце концов, обстоятельства, связанные с их получением, крутыми не назовешь. Однако девочка была такая юная, такая… трогательная.

– Как тебя зовут? – спросила я.

– Джиллиан… Джил.

В смысле, просто Джил. Не то и другое вместе. Джиллиан – мое полное имя. Все зовут меня Джил.

– Правильно, – сказала я, пряча улыбку. – Я так и поняла.

– Я слышала, морои использовали магию во время вашего сражения со стригоями. Мне хотелось бы стать такой же. Хорошо бы, кто-нибудь научил меня. Моя стихия – воздух. Как думаешь, можно использовать воздух в сражении со стригоями? Все говорят, я сошла с ума.

На протяжении столетий использование мороями магии для борьбы считалось греховным.