Мне удалось убедить себя, что с этим покончено, но вот он, тут, с грустным, призрачным лицом смотрит на меня. Он опять указывал куда-то в дальнюю часть кампуса, и опять, посмотрев в ту сторону, я не поняла, что он имеет в виду. Я замерла, чувствуя, как внутри нарастает страх.

Холодная как лед рука дотронулась до моей шеи, и я резко обернулась. Кристиан.

– Что с тобой? – спросил он.

Я посмотрела туда, где только что видела Мейсона. Он исчез, конечно. Я на мгновение зажмурилась и вздохнула. Потом снова повернулась к Кристиану и пошла дальше, бросив на ходу:

– Ничего.

Обычно Кристиан всегда щедр на остроумные замечания, когда мы вместе, но на протяжении оставшегося пути он молчал. Я была поглощена собственными мыслями и тревогами из-за Мейсона, поэтому тоже не разговаривала. Видение сохранялось всего несколько секунд. Учитывая, как трудно разглядеть его на таком фоне, казалось, что это, скорее всего, обман. Всю дорогу я силилась убедить себя в этом. Только когда мы вошли в здание столовой и окунулись в тепло, до меня дошло, что с Кристианом что-то неладно."

"– Ты в порядке? – спросила я, стараясь выкинуть из головы мысли о Мейсоне.

– В полном.

– То, как ты это говоришь, наводит на мысль, что нет, что-то не так.

Он не произнес ни слова, пока мы шли к комнате «кормильцев». Там было больше народу, чем я ожидала; все кабинки с «кормильцами» были заполнены мороями. Одним из них оказался Брендон Лазар. Глядя, как он «ест», я заметила на его щеке уже побледневший зеленоватый синяк и вспомнила, что так и не выяснила, кто его избил. Кристиан отметился у мороя на входе и теперь стоял, ожидая, пока его позовут. Я напряженно думала, пытаясь вычислить, отчего у него испортилось настроение.

– В чем проблема? Тебе не понравилось кино?

Молчание.

– Тебя неприятно поразил этот фокус Адриана с членовредительством?

Ставить Кристиана в затруднительное положение доставляло мне преступное удовольствие. Я могла заниматься этим всю ночь.

Молчание.

– Может, ты… Ох!

И тут до меня дошло; странно, что эта мысль не пришла в голову раньше.

– Ты расстроен из-за того, что Лисса так увлеклась разговором о магии с Адрианом?

Он пожал плечами, и мне все стало ясно.

– Перестань, она не променяла тебя на магию. Просто магия много значит для нее, понимаешь? Много лет она думала, что ни на что не способна, а потом выяснилось, что у нее есть дар – правда, странный, полностью непредсказуемый. Она просто пытается понять, что же это такое.

– Знаю, – ответил он, устремив взгляд перед собой, но явно ничего не видя. – Проблема не в этом.

– Тогда в чем… – И тут меня еще раз осенило. – Ты ревнуешь ее к Адриану?

Кристиан вперил в меня взгляд льдисто-голубых глаз, и я поняла, что попала в цель.

– Я не ревную.