Поэтому, хотя в основном он уже прижимал меня к земле, я сумела высвободить локоть и ударить его в лицо. Он отступил – большего мне и не требовалось. Я перекатилась и навалилась на него, теперь прижимая к земле его. Он бешено отталкивал меня, а я столь же яростно старалась не допустить этого, одновременно маневрируя своим колом. Какой же Дмитрий был сильный! Я почувствовала уверенность, что не смогу удержать его, и как раз в этот момент как-то так удачно перехватила кол и нанесла Дмитрию удар прямо «в сердце». Дело было сделано.

Позади раздались аплодисменты, но я замечала только Дмитрия.

Наши взгляды встретились. Я все еще сидела на нем, руками упираясь ему в грудь. Мы оба тяжело дышали, истекая потом. В его глазах я прочла гордость… и чертовски много чего еще. Он был так близко, мое тело изнывало по нему; снова мелькнула мысль, что он – часть меня, без которой я никогда не смогу стать законченной, цельной. Воздух между нами был жарким, опьяняющим, и в этот момент я отдала бы все за то, чтобы лечь рядом с ним и он бы обнял меня. Судя по выражению лица, его обуревали те же чувства. Сражение закончилось, но адреналин и животная энергия все еще оставались в нас.

Потом сверху протянулась рука, и Джин помогла мне встать. Она и Юрий сияли, остальные зрители тоже. Даже Лисса явно была потрясена. Дин, по понятным причинам, вид имел жалкий. Я надеялась, что слух о моей безоговорочной победе распространится так же быстро, как прежде грязные сплетни. Хотя, скорее всего, нет.

– Отлично сделано, – сказал Юрий. – Ты одолела троих. Прямо по учебнику.

Дмитрий тоже поднялся. Я сознательно не сводила взгляда с двух других стражей, понимая, что могу выдать себя, если буду смотреть на него.

Дышала я все еще тяжело.

– Надеюсь… Надеюсь, никто из вас не пострадал, – сказала я.

Все они расхохотались.

– Это наша работа, – ответила Джин. – Не беспокойся о нас. Мы крепкие. – Она посмотрела на Дмитрия. – Здорово она двинула тебя локтем.

Дмитрий потер лицо около глаза; я очень надеялась, что не причинила ему серьезного вреда.

– Ученица превосходит учителя, – пошутил он, – и закалывает его.

Юрий обратил на Дина суровый взгляд.

– Алкоголь в кампусе запрещен.

– Сегодня воскресенье! – воскликнул тот. – У нас вроде бы выходной.

– В реальном мире никаких правил нет, – в типично учительской манере заявила Джин. – Считайте это контрольной проверкой. Ты выдержала ее, Роза. Отменная работа.

– Спасибо. Жаль, что я не могу сказать то же самое о своей одежде. – Я вся была мокрая и грязная. – Пойду приведу себя в порядок, Лисс. Встретимся за обедом.

– Хорошо.

Ее лицо по-прежнему сияло. Она так гордилась мной, что не могла сдержать своих чувств.