Отряд мы догнали перед самым местом, где он меня должен был ждать. Это даже хорошо, никакой задержки не будет.

Король, осмотрев воинов, поинтересовался у лейтенанта, почему среди них раненые.

– Я не могу им запретить защищать своего короля, – ответил тот, и было заметно, что королю это очень понравилось. В коридоре, ведущем к спальне короля, было несколько помещений, за дверями которых и расположили воинов. Я и баронет с несколькими гвардейцами маркиза остались у дверей спальни короля, куда привели испуганную королеву и принесли спящего наследника. Мы изображали охрану, а почему, собственно, изображали, мы и были охраной, последним рубежом.

Все началось под утро, вначале был шум, потом звяканье металла и голоса, и, наконец, в начале широкого коридора, ведущего к спальне короля, появились вооруженные люди. Они шли, нисколько не скрывая своих намерений, увидев нас, кто-то прокричал: «Убейте их!», и к нам кинулись с десяток заговорщиков.

– Кальв, прикроешь мне спину, – проговорил я, но первыми встретили врага гвардейцы. Раздались крики, брызнули первые капли крови, и в это время открылись двери, и в коридоре стали появляться пограничники и гвардейцы маркиза. Простые солдаты против дворян и их гвардейцев, разница только в том, что эти сыновья мещан и крестьян знали, что такое война и как это – умирать за своего короля. Их противники думали, да их и убедили, что это будет не сложнее прогулки в лесу, и умирать настроены не были. В коридоре все смешалось – крики, звон оружия, толчея, стоны раненых…

Но нападавших было слишком уж много, нам пришлось, конечно, расставить воинов и возле казарм, чтобы исключить возможность помощи заговорщикам от гвардейцев, если там такие есть. И возле казначейства, и возле сокровищницы, а также возле денежного хранилища. И тем не менее, почему они пришли убивать короля таким количеством, было не совсем понятно.

Вот и мне пришлось вмешаться в схватку сразу с двумя противниками. Удар, блок, снова блок и удар в ответ, и закрутилось. Сколько пришлось махать мечами – не знаю, но я уже стал уставать, когда противники кончились. Я оглянулся и увидел бледного, но улыбающегося Кальва, пограничников, вяжущих сдавшихся заговорщиков, и коридор, заваленный телами и залитый кровью."

"– Серж, мы победили, – тихо проговорил баронет, держась за бок, который был весь в крови.

«Вот же черт, – подумал я, – чем бы его перевязать, ведь кровью истечет». А потом решительно задрал кольчугу и, оторвав от его же рубашки подол, стал перевязывать рану. Рана была небольшая, но получил он ее, наверное, в самом начале и потерял за это время много крови. Но молодец баронет, дрался до последнего.

В это время тихо открылась дверь опочивальни, и из нее выглянул маркиз, а затем и король.