Въедливый очень, и наверняка за ним кто-то тоже стоит…

— Это хреново, — мрачно сказал я. — У меня с кадровиком отношения не очень сложились.

— А у кого с ним сложились? — хмыкнула Кобра. — Та еще гнида… ко всем цепляется. А теперь ещё и начальник. М-да…

— Жалко мне Морду, — тихо проговорил я.

Шульгин вскинул голову и нахмурился:

— Чего его жалеть-то, Макс? Ты видел, как он тогда Лютого бросил!

— Он молодой был, совсем зелёный, неопытный. Не ожидал, растерялся… — задумчиво протянул я, глядя в сторону.

— Ты чего его защищаешь? — резко спросил Шульгин, внимательно посмотрев на меня. — Как будто сам там был…

Я быстро оборвал его:

— Ладно, закроем тему. Сейчас главная задача — найти Валета. Всё остальное потом.

— А почему ты так уверен, что он не свалил уже куда-нибудь на острова? — спросила Кобра. — Почему думаешь, что он всё ещё в городе?

— Потому что он знает, что это видео было в моих руках, — чётко и спокойно сказал я. — Такие, как Валет, никогда не бегут, не расплатившись по счетам. Он иначе бы так высоко не поднялся и не продержался бы столько лет. Я точно знаю — он сейчас здесь, он затаился где-то в городе и ждёт подходящего момента. Это его стиль — выждать, а действовать только в самый удобный момент.

В кабинете стало так тихо, будто мои собеседники испарились. Я даже не ожидал, что мои слова могут произвести такой эффект — сказал, что и думал.

— Теперь дело пошло совсем серьёзно, — тихо проговорила Оксана, выдохнув и опустившись в кресло. — Макс, ты в опасности… Может, тебе уехать на время? Пусть уже москвичи разбираются, мы свое дело сделали.

— Нет уж… Лютый бы не сбежал… — сказал я спокойно, глядя на экран. — И я отомщу за него.

Шульгин тяжело кивнул:

— Я согласен с Максом! Теперь будем действовать вместе. Мы должны Валета найти раньше, чем это сделает московский следователь.

— Найдём, — уверенно и холодно сказал я, глядя им в глаза. — Теперь уже точно найдём.

Мы переглянулись и замолчали, понимая, что битва вступила в финальную фазу. И в этой игре мы могли рассчитывать только на себя и друг на друга.

* * *Полумрак нехотя и лениво раздвигался по сторонам, словно с трудом отступая перед слабым мерцанием чадящих свечей, расставленных в старинных бронзовых подсвечниках в просторном сводчатом зале. Лютеранская церковь была старая, массивная, с вычурной, величественной архитектурой, которая своим видом и мощью словно давила на плечи каждого, кто входил сюда впервые. Высокие готические окна с витражами пропускали немного света, заставляя узоры из разноцветного стекла блекло мерцать на старинных каменных стенах. Сводчатый потолок, высокий и мрачный, уходил куда-то в бесконечную высоту, словно напоминая, насколько ничтожны люди перед Богом.