В руках — АК-105 с укороченным стволом, оснащённые коллиматорами, тактическими фонарями, глушителями и лазерными целеуказателями. У нескольких бойцов за спиной — бронированные щиты с бронестеклом. Под подсумками с боекомплектом — боевые ножи и штатные пистолеты, похожие на «Грач».

Один из них, крепкий, подтянутый офицер лет сорока с небольшим седыми усами — быстро подошёл к тяжёлой железной двери офиса, сильно дёрнул ручку.

— Заперто наглухо, — бросил он коротко и строго, внимательно оценивая дверь и окружающую местность. Охраны на улице не было видно. Железные ставни на всех окнах и дверях здания были плотно закрыты, словно офис заранее приготовился выдержать осаду или штурм.

— Кто тут старший? — громко спросил Паук, подходя ближе к группе спецназа и показывая удостоверение.

— Я, капитан Марченко, — отозвался офицер, резко повернувшись в нашу сторону.

— Значит так, капитан, вскрываем дверь, — коротко и чётко проговорил Паук, глядя бойцу прямо в глаза. — Там вооружённая охрана, скорее всего. Предложим им сдаться, но оружие держите наготове. Всем быть осторожными.

Марченко кивнул, затем жестом подозвал бойца с расширителем для взлома дверей. Устройство выглядело внушительно: металлическая струбцина с мощным гидравлическим цилиндром и прочными захватами. Именно такой инструмент спецназ Росгвардии использует, чтобы быстро и практически бесшумно открыть любые, даже тяжелые металлические двери без лишнего шума и взрывов.

В это самое время к зданию резко подъехал чёрный представительский седан. Из него с пассажирского места выскочил прокурор города Владимир Владимирович Тихонов, напряжённый и явно недовольный:

— Что здесь творится, чёрт возьми? — громко воскликнул он, подходя ближе к нам и сверля нас взглядом.

— Не беспокойтесь, Владимир Владимирович, у нас всё законно, — спокойно и уверенно ответил Паук, поворачиваясь к нему.

— Почему я не в курсе? Почему не доложили мне? — сердито воскликнул прокурор.

— Не было времени.

— Тут такое дело, — перебил я прокурора, подпихнув его легонько плечом, — лучше отойдите к машине. Сейчас может быть перестрелка, ещё ненароком зацепит.

— А это ещё кто? — прокурор удивлённо вскинул брови, посмотрев на меня.

— Из штаба он, писарь, — отозвался Паук и усмехнулся, обменявшись со мной понимающим взглядом."

"Мы тихо рассмеялись. Прокурор быстро и нервно забегал глазами, увидев, как бойцы спецназа занимают боевые позиции, направляют оружие на здание и проверяют готовность к штурму. Поняв, что дело пахнет жареным, он резко развернулся, поспешно забрался обратно в машину и быстро укатил.

Тем временем капитан Марченко дал короткий знак. Двое бойцов спецназа, несших гидравлический инструмент, заняли позиции у входа.