Мне же было безумно интересно наблюдать за теми, кто считал себя элитой общества, теми, кто имел власть над судьбами других людей. Их манеры, привычки, строгая иерархия в отношениях, уверенность в своем превосходстве — все это мне непременно нужно было знать, во всем этом я хотела разобраться. Почему?

Потому что время шло, а у Дарена ничего не получалось. След остыл совсем. Никто не видел, никто ничего не слышал, никто ничего не знал. Все связи графини перетряхнули, проверили и вроде бы всех, кого только можно, взяли под наблюдение, но… Ничего. Совсем ничего. Складывалось такое ощущение, что мальчишки просто не существовало на этом свете и только отчаянье графа и ежемесячные отчеты, появляющиеся в почтовом пенальчике его жены, доказывали обратное.

Выслушивая вместе с магом отчеты людей, занимающихся поисками парнишки, я все чаще ловила себя на мысли, что что-то идет не так. Ищут неправильно! Идут поиски наследника знатного рода. Обыскивают все дома, имения, квартиры, принадлежащие графине и ее друзьям. Все почему-то уверены, что ребенка держат где-то как знатного заложника. Даже теневиков, а если проще, воров прижали и прошерстили… Пусто! Парнишечка как сквозь землю провалился. Вот у нас бы, в прошлой мой жизни, искали не знатного заложника, а мальчишку лет пяти-шести, черноволосого, синеглазого, с маленьким шрамом, пересекающим левую бровь. Обходили бы города и поселки, проверяя всех, начиная с горожан, кончая селянами, и узнавали бы, не появился ли у кого-либо в семье с полгода назад парнишка, похожий на пропавшего. Ищейки судят по магическим зарисовкам и потому продолжают искать мальчишку, одетого в добротную, дорогую одежду, хорошую обувь, он больше ни разу не был показан босым и неухоженным, и потому продолжаются поиски именно высокородного пленника. Да, волосы у него отросли и они всегда чистые, одежда соответствует, но ее можно снять и надеть заново, ребенка отмыть и заставить улыбаться. Почему никто не думает о том, что мальчишка может, например, шататься по стране в сопровождении нищих или отряда наемников, выполняя роль мальчика «подай-принеси»? И самое главное, фургон, у которого он сидит, один и тот же, а вот земля у колес разная — трава, грязь со снегом, булыжники мостовой и даже старая хвоя. А это значит — дорога, город, село, лес. Этого никто не видит. Смотрят и не видят? А послания все одноразовые. Посмотрели, камешек рассыпался в пыль, и все, второй раз не посмотришь. Почему они не сделают копии и не изучат все еще и еще раз?"

"Граф теряет надежду на благополучный исход поисков, но он знает, что парнишка жив. Я же все чаще, глядя на его метания и переживания, думаю о родителях Ланьи, ведь они потеряли свою девочку навсегда. Ее больше нет, и виноват в этом Ларен.