Перед сном я подумала о ней, представляя, как она сидит на диване в моей съёмной квартире. Так и получилось — во сне мы разговаривали в гостиной хрущёвки. Я сообщила девушке, когда будет проверка, рассказала о Бласе и заговорщиках в академии. Она облегчённо вздохнула и поблагодарила за помощь.

Росита, в свою очередь, пожаловалась на то, какой у нас ужасный мир, как ей трудно в нём разобраться. Она до сих пор со страхом выходит на улицу, и больше всего её пугают машины, которые «смердят» и «бешено мчатся».

Меня так и подмывало рассказать ей о драконе, о том, что между нами происходит, но почему-то я не могла вымолвить и слова. Мы попрощались, обнявшись, и сон закончился.

Утро началось как обычно: меня разбудил Феликс, прыгая на постели и требуя покормить его. После завтрака я отправилась в академию. Последний мой рабочий день в качестве педагога по зельям начался.

Сюрприз ждал меня на выходе из дома: два амбала в чёрной военной форме стояли возле дверей. Они дружно сообщили, что сменили ночной дозор и готовы исполнять свои обязанности — охранять меня. Инквизитор приказал им глаз с меня не спускать. Пришлось идти под конвоем. Правда, в мастерскую я их не впустила, попросив постоять в коридоре. Нехотя они согласились, но досматривали каждого студента, который входил в мою преподавательскую обитель.

Первая подгруппа «пикирующих» сварила противоядия на «отлично». Эта тема интересовала алмандо больше, чем отворотные зелья. Бравые парни попросили у меня разрешения забрать приготовленные снадобья с собой, объясняя это тем, что в академии не так безопасно, и вспомнили случай с Алонсо. Я согласилась, несмотря на то, что противоядие не поможет от нового зелья ведьм, только предупредила, чтобы колбы мне вернули.

На следующую пару пришла вторая подгруппа «пикирующих», и я надеялась, что увижу рыжего дракона живым и здоровым. Всё же червячок вины перед ним грыз меня. Надежды не обманули — алмандо вошёл в мастерскую последним. Весь практикум он молчал и старался даже не смотреть на меня. Когда я проверяла зелье на качество, тихо попросила Алонсо задержаться после занятия. Парень скривил губы, но промолчал.

И вот он остался один в мастерской, когда его сокурсники покинули помещение.

— Алмандо Перес, я хочу попросить у вас прощения…

— Не стоит, кенарина Пилар, — холодным тоном перебил он. — Вы ни в чём не виноваты."

"— Да, но всё же это я по наивности своей напитала то проклятое зелье, — горячо выпалила я. — Вы чуть не погибли… это так ужасно, — не выдержав напряжения в груди, я прикрыла лицо руками. — Я бы не простила себе, если бы вы…

— Росита, не надо, — тёплая мужская рука коснулась моего плеча, — всё обошлось. Инквизитор спас меня.

Я убрала руки и взглянула на студента.