Жить с бывшим мужем в одной квартире оказалось слишком сложно. Благо, что у нас осталась небольшая комната в коммуналке, ещё после бабушки. Она прожила там всю жизнь, и только за год до своей смерти переехала к нам в трёхкомнатную. Комната пустовала не долго, квартирантов найти не было проблемой. Я там отказывалась жить одна, выбрала общежитие от универа. Хотя Андрей говорил, что лучше там пожить, что так проще, что он тоже может со мной. Тогда мама запретила и мы не стали, я поехала в общагу. А он квартиру с другом снял. Поругались немного на этом фоне.

– Так говоришь, словно я совсем одичалая, – фыркаю.

– То, когда ты со своим цербером ходила ни в счёт! – парирует Мариша.

Качаю головой возмущённо.

– Ладно, я спрошу, когда будем машину заказывать, если получится, тогда – да.

Оставляю себе окно, чтобы соскочить. Куда-то ходить без него, особенно по клубам… мне откровенно страшно. Я не привыкла к такому.

– Никаких: «Ладно, я спрошу, но только отвали от меня!», – Марина в точности спародировала мой тембр, и я невольно засмеялась.

– Ок! Спрошу, спрошу!

– Я тебе позвоню, – подмигивает. – И обязательно познакомлю с Мишей, он – лапочка!

– Ладно, чао! – я посылаю воздушный поцелуй и бегу в сторону общежития.

Никуда я не пойду, не смогу. Для меня это ни то, чтобы выйти из зоны комфорта, это словно нырнуть в кишащий змеями террариум.

Андрей рассказывал истории, то про наркотики, то про изнасилования девчонок буквально в кабинках туалета этих самых клубов, то про то, как их спаивают, потом в рабство продают… Мне просто страшно пойти беззащитной туда, кто за меня заступится если что?

Дома. Буду дома. Так безопаснее.

Глава 2

Бесконечное количество пролетающих деревьев, посаженных вдоль федеральной трассы, и я снова дома.

Медленно, насколько это в общем возможно, поднимаюсь по крутым ступенькам. Оглядываюсь, наш подъезд остался таким же, почти ничего не поменялось. Кроме запаха краски. Еле уловимый, но я чувствую его.

В голове всплывает воспоминание…

– Твою же мать! – ревёт матерясь.

Он так рьяно отпрянул, что это показалось забавным. Я невольно хихикнула и поймала на себе тяжёлый взгляд.

– Что смешного? – Андрей развернул локоть, на котором виднелось отчётливое пятно светло-голубой краски.

Подъезд покрасили, а мы не заметили, запаха почти нет. Куртка испорчена. И я вдруг стыжусь и оседаю внутренне.

– Прости…

– Ни хрена не смешно, блять! – зло шипит.

Теряюсь. Разозлила. Сразу извиниться хочу.

– Я не хотела, прости. Всё нормально?"

"Тянусь к нему, а Андрей резко руку отдёргивает, бросая на меня острый взгляд. Моя ладонь падает обратно, поджимаю губы и взгляд увожу. Настроение испорчено безвозвратно.

Не успеваю зайти в квартиру и снять чёрные балетки, как мама кричит из кухни:

– Рита, это ты?

– Угу, – буркаю.