— Может, кино тогда какое-нибудь посмотрим? Я не знаю… Ты как обычно выходные проводил?

— С семьей. Я женат был.

Таня насторожилась. Вот серьезно.

— Чего застыла? В прошлом это все. Только дочка осталась. Учится в университете в Мюнхене. Тань… — добавил мужчина. — Ну, чего ты?

— Ты точно разведен?

— Абсолютно. Мы даже через раздел имущества прошли. Тот еще гемор… Когда же ты уже научишься мне доверять? — поинтересовался мужчина, заглядывая в глаза.

— Научусь, Паш. Обязательно научусь, — прошептала Таня, потираясь лицом о его загрубевшие пальцы. — Ты мне можешь ответить, почему ты сам за ремонт взялся?

— поинтересовалась она, разглядывая мозоли, которые редко можно увидеть на руках бизнесмена или программиста.

— Да я ведь уже рассказывал, Тань… Запили работники, а мне эта катавасия с переездом — во где сидела, — пояснил мужчина, резко проводя ладонью под подбородком. — Да и что там оставалось? Мусор вынести, да под карнизы дырки просверлить. Это я тогда… перфоратором. А ты чего такая нервная была?"

"— Так, не ладилось ничего… Данька заболел, последние деньги на лекарства ушли, а заработать не получалось.

Очень твой ремонт отвлекал, — повинилась смущенно.

— Прости, — зачем-то извинился мужчина.

— Пустое… — отмахнулась Таня. — Кстати, о ремонте, мне нужно будет как можно быстрее кого-то нанять. И чтоб не слишком дорого…

— Зачем? — нахмурился Павел.

— В смысле? — уставилась на мужчину Таня.

— Зачем спешить? Тебе со мной плохо?

Интересно девки пляшут… Ей-то хорошо. Но не надежны такие отношения, как ни крути. Тане нужно было подготовить пути отступления. Нужно было иметь запасной вариант на случай их расставания. Она никогда не станет зависеть от мужчины полностью.

А отсутствие нормального жилья, как ничто другое связывало ее по рукам и ногам. И как это объяснить, чтобы не обидеть?

— Павел… Я хочу привести в порядок свой дом. У меня ребенок, понимаешь? Я несу за него ответственность, и не имею права на необдуманные поступки. Вдруг у нас не сложится? Ведь так бывает, правда? Я хочу… я хочу…

— Ты хочешь иметь пространство для маневра, — закончил за нее Павел.

Таня не поняла его настроения. Злился ли он, или все-таки понял? Скорее всего, понял, потому что притянул ее опять в свои объятья и прошептал:

— Ох, Таня-Таня… Недоверчивая ты моя…

— Ну, уж какая есть, — пробурчала женщина, и тут же закричала, резко отстраняясь.

 — Паша! Спасай телевизор!

Оставшийся без присмотра Данька нашел в тумбочке прихожей крем для обуви и старательно размазывал его по висящей на стене плазме. Даже стульчик догадался подставить, чтоб удобнее было. Павел откинул голову и захохотал. Данька заинтересованно покосился на звук, хватаясь черными маслянистыми ладошками за светлые обои.