Сама знаешь какая сейчас обстановка в мире. А в твоем положении вообще опасно куда-то срываться. Как там малыши, кстати?

- Ой, уже толкаются вовсю. Такие активные. Володя шутит, что у меня там футбольная команда тренируется, - голос у мамы потеплел и приобрел мечтательные нотки. Ну и правильно, нечего моим негативом голову забивать. Сама разберусь.

Она только оттаяла после скоропостижной кончины отца десять лет назад. Строит новую семью со своим давним поклонником. Он ее со школы пытался очаровать, а потом ждал столько лет, надеясь на взаимность. И вот дождался. Владимир мне нравился своим легким, спокойным характером и стойкой постоянностью в своих чувствах. Теперь они ждут с мамой близнецов. И срывать ее из уютного домика под Рязанью, заставляя нестись ко мне в больницу с животом наперевес, ради моей мифической болезни? Нет уж!

Почему мифической? Потому что сами врачи никак не могли определиться с диагнозом. Брали многочисленные анализы, проводили исследования, созывали врачебные комиссии, и ничего. Постановка окончательного диагноза буксовала на месте, как и согласование моего лечения. Меня посылали от одного специалиста к другому и ничего не менялось. Росла только моя, и без того пухлая, медицинская карточка, пополняясь все новыми и новыми выписками и анализами.

С детства я была болезненным и слабым ребенком, который постоянно хватал все возможные болячки. Родители со мной намучались, переезжая из больницы в больницу. Потом вроде бы немного все устаканилось, и вот, год назад началось по новой. Мама рассказывала, что совсем маленькая я была на диво здоровой и крепкой малышкой, а в пять лет, словно меня кто-то сглазил. Подхватила какую-то инфекцию и неделю пролежала на больничной койке с температурой под сорок. Родители боялись худшего, так как ничего из предложенного лечения не помогало. Но я выкарабкалась, вот только от моего прежнего здоровья ничего не осталось."

"Ладно, не будем о грустном. Торопливо собираю вещи в сумку, освобождая больничную тумбочку. Все документы, справки и выписки мне уже выдали. Все, что нужно было, я подписала, поэтому можно смело отправляться домой. Иван Олегович, мой лечащий врач долго сокрушался на тему безответственной молодежи, которая не заботится о своем здоровье и торопиться покинуть больницу при первом удобном случае. Ну, да. Я подписала заявление об отказе на госпитализацию, потому что не видела в ней уже никакого смысла. Третий, а не второй как думала мама, приступ за полгода, проходил с той же последовательностью, что и предыдущие. Резко поднималась температура, затем мне становилось тяжело дышать. Я почти задыхалась. Грудь сдавливало болевыми спазмами. Легкие словно горели, а сердце билось с трудом, как будто пересиливая себя каждый раз.