Несколько долгих мгновений он смотрел на нее сквозь темноту.

— Разумеется.

— И только? — изумленно отозвалась Антония. — Просто «разумеется»?

— Ну, я сделаю все возможное. Совершенной защиты быть не может.

Воздух между ними был пронизан предвкушением. Рейнло обхватил Антонию за талию.

— Еще условия? Может, хочешь получить письменные заверения?

— Для тебя это просто игра, — с горечью проговорила Антония, впившись пальцами в его плечи.

Она не обольщалась мыслью, что этот мужчина станет обременять себя соблюдением правил, но сейчас ей было все равно.

Шагнув вперед и разом преодолев разделявшее их расстояние, Рейнло произнес глухим, срывающимся голосом:

— Это давно перестало быть игрой.

Глава 12

Рейнло одним резким движением притянул Антонию к себе. У него кружилась голова от дразнящего запаха ее тела, он сдавил ее в объятиях, заставляя ощутить всю силу его желания. Теперь эта женщина была в его власти, и он не собирался отпускать ее.

Антония сдавленно вскрикнула, когда губы Рейнло жадно завладели ее губами, а язык, дразня и жаля, властно скользнул теплую глубину рта. Этот поцелуй был полон исступленной страсти — так целуют не робких девственниц, а многоопытных куртизанок.

Голос рассудка приказывал Рейнло остановиться: Антония невинна, ей незнакомо безумие страсти, ее следует медленно завоевывать, терпеливо соблазнять, — но распаленный долгим ожиданием Николас, всегда считавший самообладание главным своим достоинством, не мог справиться с собой. Слишком силен был терзавший его голод."

"Антония замерла, трепещущая, неподвижная. Признавшись Рейнло, что желает его, она будто разом лишилась сил. Николас крепче сжал ее в объятиях. Антония по собственной воле шагнула в логово льва, и если хищник сожрет ее, винить ей некого, кроме себя.

Даже оцепеневшая, она была восхитительна. Самая очаровательная женщина из всех. Голос здравомыслия убеждал Рейнло, что Антония — нетронутая девственница — требует бережного обращения, грубый натиск испугает ее. Но, к своему стыду, он не находил в себе сил остановиться.

Впервые в жизни он не мог совладать с собой. Желание клокотало в нем. Он с силой прижал к себе Антонию. Теперь их разделяла лишь одежда, но это препятствие казалось невыносимым.

«Довольно. Ты должен остановиться».

Внезапно Антония обвила руками его шею и, глухо застонав, с неожиданной страстью ответила на поцелуй. Из груди Николаса вырвалось рычание. Сдавив Антонию в объятиях, он с силой прижался бедрами к ее бедрам. Даже сквозь юбки ощущение близости ее тела отозвалось в нем вспышкой палящего пламени.

Прежде их ошеломляющие, головокружительные поцелуи были полны страсти, но этот… Казалось, земля разверзлась у ног Рейнло, его поглотил бурлящий поток. Огненный вихрь вознес его к небесам.