Тогда, на казни, он пил тебя взахлеб и не мог оторваться.

— Хотите сказать, что меня не случайно заставили на это смотреть?

— Разве ты сама еще не поняла? Тебя заставили прожить тот день также, как его прожили приговоренные. Ты ела ту же пищу, что и они, надевала ту же одежду. Ты провела целые сутки в карцере с мыслью о скорой смерти, так же, как и они. Тебе внушали, что ты скоро умрешь, готовили к смерти! И знаешь, зачем?

От холодных, жестоких слов канцлера кровь отхлынула с лица девушки.

— Зачем? — повторила она непослушными губами.

— Чтобы ты до конца прочувствовала все, что пришлось испытать этим омранам.

И чтобы у тебя больше не возникло желания пережить это еще раз.

— Так учат непослушных ливарри… — вспомнились слова Стеллы.

Инге казалось, что с момента ее неудачного побега прошла целая вечность, а на самом деле — всего несколько дней. Значит, всего две ночи назад она была в карцере на «Аламауте», а утром смотрела в глаза приговоренных и видела, как они медленно лишаются жизни. Такой короткий отрезок времени, но как резко все изменилось. Особенно — ее положение в этом чужом и пугающем мире.

— Значит, теперь я собственность принца, а Аллард — потомок древнего божества, — подытожила Инга, глядя на канцлера, но тот сохранял полнейшее хладнокровие, словно они обсуждали погоду. — И вы так просто раскрываете мне свои планы? Не боитесь, что я расскажу кому-нибудь?

— И кому же? Его Высочеству? — он холодно пожал плечами. — Боюсь, в этой игре я твой единственный верный союзник.

— Но почему я должна вам доверять?

— Ты будешь мне доверять, если хочешь сохранить свою жизнь.

— Объяснитесь.

— Все очень просто. Аллард совершил самую большую глупость в своей жизни.

Позволил чувствам взять верх над собой. Когда во время казни ты потеряла сознание, он бросился к тебе, позабыв обо всем. Это было его ошибкой.

— Он арестован? — Инга повторила то, что слышала это от Арании.

— Да. Адмирала посадили под арест. Официально, за открытое непослушание. Но на самом деле Аллард просто развязал принцу руки, когда выдал себя. Нет, Онезис не знает, что Сорн Дайлер потомок Амморана, — Лоранд предупредил следующий вопрос, который уже крутился у Инги на языке. — Никто не знает, кроме нескольких членов Ордена, которые не выдадут эту тайну даже под страхом смерти.

— Алларду грозит смерть?

— Нет, всего лишь принудительная стабилизация.

Это было сказано слишком непринужденно. Так легко, что Инга на мгновение поддалась этой легкости: по крайней мере, Аллард останется жив. Но почему-то эта мысль не успокоила девушку, наоборот, ее охватило смятение.

— Значит… — она замялась, уже понимая, что услышит в ответ, — когда он вернется, то не будет помнить меня?

— Если не почувствует твое присутствие снова.