Очень вовремя Тер решил меня навестить. Осталось лишь дойти до кабинета и выслушать его отчёт.

По дороге успел активировать заклинание самоочистки. Пыль, паутина и каменная крошка, находящаяся у меня в волосах и на одежде, превращали из Владыки демонов в оборванца. Да и чего греха таить, следы после близости с ведьмой тоже присутствовали на штанах. Я был даже рад, что слой пыли помог мне скрыть пятна нашей страсти и уберечь от дальнейших расспросов друга.

— В замке не всё чисто, — начал Тер с порога, стоило только двери кабинета захлопнуться за моей спиной.

— Говори! — настороженно произнес я. Все мысли об Анабэль сразу были выкинуты из головы. Если Тер начал с такой фразы, значит плохи наши дела. Таким серьезным мне лишь единожды доводилось его видеть. Когда он несся со всех ног, чтобы предупредить о покушении. Он успел и долго вбивал в мою голову, что я в реальной опасности. Вот только не хотелось мне его слушать. Не верил я, что кто-то осмелиться на такой шаг, рискуя своей головой. Меня убить практически невозможно. Только редким ядом, который, как известно, уже давно нигде не производился.

Ну, или отрубить голову, что очень проблематично, так как в бою я лучший и неважно сколько противников одновременно выступят против меня. Поэтому я и не отнесся серьезно к предупреждениям Терхонеша и чуть не отправился к Аиду, только не в качестве гостя, а в качестве мертвой души. Тер успел выскочить из-за дерева и закрыть меня своим телом, когда стрела с ядовитым наконечником стремительно летела в мою сторону. Я даже не успел понять, что произошло. Видел только, как тело друга стало оседать к моим ногам и из его спины торчало оперение стрелы.

Столько дней я провел возле его кровати, боясь отойти на секунду и проклиная себя за безответственность. За всеми переживаниями даже и не вспомнил про камень силы, который ждал своего часа в недрах ада. Лекари качали головами и разводили руками, но я им не верил. Знал, что смогу вытащить друга из когтистых лап смерти.

Позже, мы произвели в замке зачистку. На плаху отправлялись все, кто вызывал во мне хоть малейшее подозрение. Вот тогда-то я и познакомил придворных с Адэем, точнее с Адэей. Никогда мне не забыть ужас в глазах демонов, когда адская девочка рвала тех, на кого я указывал пальцем, разбрызгивая кровь по стенам и раскидывая ошметки от мертвых тел по разным сторонам.

Они по сей день помнят это зрелище, хотя прошло уже больше восьмидесяти лет. Стоит Адэе только появиться в их видимости, как обмороки, визги, побелевшие физиономии сразу были им обеспечены. К слову, истинного зачинщика, который был виновен в покушении на меня, мы так и не нашли. Его шестерки так и не смогли дать вразумительные ответы.