Сейчас на Земле эпоха геофизики и бурового станка, комплексного анализа и эксплуатационной разведки. Математика, дистанционные методы, исследование глубинных месторождений, разведка дна морей и океанов. С молотками по горам разве что коллекционеры минералов продолжают бегать — геолога настоящего встретить тяжело.

— Но раз здесь у тебя получается все, значит, вас учили и по старинке работать?

— Да не… Вот так, с молотком и лотком, работать гораздо проще, чем проверять буровым станком геофизические аномалии. Если умеешь это, то и по-старинке отработаешь легко. Тем более у нас старая русская традиция — специалистов готовят широкого профиля. В нашей стране не бывает такого, что геолог-угольщик понятия не имеет о структурах рудных месторождений. Учат всему. Лишнего много, конечно, дают, но как знать… Мало ли — попадешь, как я, сюда вот, и разом все пригодится. Здесь ведь геологическая целина, а я первопроходец — сливки по верхам собираю. Как раз для молотка работа.

Олег продемонстрировал конечный результат: язычок черных песчинок, выползающий из уголка лотка.

— Вот это результат промывки. Смотри на край шлиха.

Видишь красное зернышко? Это гранат, крупные его кристаллы используются в ювелирном деле. Он полегче, вот и пристроился с краю. Черные песчинки — это рудные минералы, плотность у них максимальная. А вот и твое любимое золото. Видишь? — Где?

— Да вот же, на краю песчинка желтая поблескивает.

— Вот это? Не похоже на самородок…

— Это тебе реальная жизнь, а не кино. Самородки вот так, на поверхности, встретить трудно. Основная часть тяжелых минералов оседает в нижних слоях наносов. Ручьи и реки, многократно перемывая свои отложения, неизбежно накапливают самородки на коренных породах. У старателей поверхность коренных пород, так называемого плотика, на котором лежит золотоносный песок, называется спай. На этой скале в удачных гнездах, бывало, куски золота руками собирали. В уральских россыпях встречались гнезда, из которых несколько пудов металла вытаскивали. А наверху можно поймать лишь самые легкие частицы.

— Не понимаю. Чем эта песчинка отличается от самородка? Плотность, как я понимаю, одинаковая — золото и там, и тут. Так почему она оказалась наверху?

— Золото — металл интересный. Поведение мелкого золота парадоксально, особенно у чешуйчатых частиц. Вот посмотри.

Олег энергично дунул на полученный шлих, осторожно зачерпнул немного воды, затопил ею уголок, протянул Андрею:

— Теперь полюбуйся, как интересно себя ведет эта золотинка.

Тот глазам не поверил: ярко-желтая чешуйка плавала по воде, будто деревянная.

— Это что, фокус? — Ничего подобного — сила поверхностного натяжения держит. Пластинчатое золото очень часто даже с промывочного прибора уносит.