Вынеслось несколько клубов густого белого дыма, почти сразу до ушей беглецов донеслась серия басовитых хлопков. По толпе триллов пронесся свинцовый ураган — одним залпом смело не меньше полутора десятков.

— Это передняя линия разрядила мушкеты, — прокомментировала Рита. — Хаиты так и не научились нашим противодействовать: упорно подставляются под картечь тесной толпой. Сейчас вторая линия ударит по триллам, а первая в это время будет перезаряжаться. Стрелки у хайтов отврати тельные, от малейшей раны могут в истерику впасть.

Хотя против бездоспешного войска сила страшная — дротики у них очень убойные, а метают они их метко и далеко. Да и хорошо одетым могут урон нанести.

Ружья второй половины отряда островитян плюнули дымом и свинцом. Этот залп оказался еще удачнее — триллы уже приблизились почти на бросок, картечь на такой дистанции способна доставить максимум неприятностей. На ногах осталось менее полутора десятков растерянных дистрофиков. Их атакующий порыв мгновенно иссяк, они остановились, неуверенно попятились назад, явно намереваясь спрятаться за спины приближающихся раксов.

— Все. Когда триллы нарываются на сильный огонь, они всегда отходят под защиту тяжелой пехоты и работают до том из-за спин раксов. А раксы обычно мушкетерам вообще не страшны — слишком тихоходны. Они пока добегут до стрелков, те по пять раз перезарядиться успеют.

Шестнадцать раксов были сметены двумя полными залпами отряда. Несколько тяжелораненых горилл пытались подняться, продолжить бой — в отличие от стрелков, эти громилы в истерику не впадают, даже если им руки оторвать.

Тройка союзников-ваксов прикончила их ударами стальных секир, а мушкетеры в это время преследовали невероятно жалкие остатки войска хайтов — одинокого трилла, чудом пережившего этот разгром. Он что было сил улепетывал в сторону прохода.

Рита, поднявшись, своим коронным замахом пустила дротик от груди. Первый прошел мимо, зато вторым угодила врагу в шею. Трилл упал сломанной куклой — добивать не придется.

— Вот и все, — констатировала Рита, символически бросив вниз последний дротик из связки.

Андрей, встав рядом со своей женщиной, обнял ее за талию, привлек к себе. Так, прижавшись друг другу, они наблюдали за приближением отряда островитян. Вокруг них встали все выжившие: две женщины и двое мужчин из пассажиров, Лекс и бледный как смерть Серж.

Мушкетеры, остановившись у подножия скалы, изумленно таращились на беглецов. Те, в свою очередь, не сводили с них взглядов. Все молчали.