Молча кивнула, принимая его жалость, потому что ничего более унизительного, чем то, что проделал со мной Эрих, придумать уже было нельзя. Секс и то был бы менее унизительным, чем мое на него прилюдное вербальное согласие.

И все же, несмотря ни на что, оправдывая себя хоть в чьих-то глазах, потому что в собственных оправдать такое невозможно, я выговорила:

– У меня не было выбора.

Его действительно не было. Если бы речь шла только обо мне, я бы вены себе выгрызла, но не заключила бы подобное соглашение. А так… речь не о моей жизни шла.

И тут Тамран тихо произнес:

– Был. Просто вам не сообщили об этом.

Я замерла. Даже дышать перестала."

"Медленно убрала руки от лица, медленно запрокинула голову и посмотрела на этого весьма пожилого воина. У офицера Тамрана была честь, и этот кодекс чести не позволил ему оставить меня в неведении. Поэтому Тамран сказал все как есть:

– Эрих перекупил вас не у главарей банд Дерана.

Наверное, мои глаза увеличились в размере в этот момент.

Тамран же, бледный в тон своей седине, сдержанный и суровый, с неожиданным сочувствием произнес:

– Документы, подтверждающие ваш переход под юрисдикцию Тайрема, рапорт об увольнении со службы, личное дело и свидетельство о лишении вас гражданства Гаэры в вашей каюте. Идти сможете?

Не смогла.

Медленно легла обратно в капсулу, закрыла глаза.

А больно… Как же чертовски больно… Как же…

– Раскрытых агентов продают часто, Мелани, – успокаивающе сказал офицер Тамран. – Особенно если у них нет семьи и родственников. Как у вас. Сумма сделки была астрономической, но не для дома Дагрэй. Идемте, от того, что вы будете лежать здесь, легче вам не станет.

Легче не станет, значит.

– Тварь! – высказалась одним полным ярости словом, охарактеризовав весь поступок седьмого архонта.

Зря не сдержалась, потому как если бы я произнесла, к примеру, «твари» это можно было бы интерпретировать как высказывание о начальстве, разведуправлении и правительстве в целом. Но Гаэра не продает своих агентов – это я знала абсолютно точно. Иной раз сами агенты не прочь были продаться, ради дела подобный шаг порой был крайне полезен, но у Гаэры было четкое правило – своих не сдавать никогда.

Так что тварь тут имелась всего одна – архонт Эрих мать его Дагрэй!

– Мне… очень жаль, – повторил уже ранее сказанное Тамран.

Ему жаль… что ж, я могла это понять. Вряд ли Тамран спускался с Эрихом на Деран, так что едва ли он понял, по какой причине я выдала архонту карт-бланш на полное поимение меня. Но Эрих знал. Знал что это за место, знал, что мои люди спаслись, знал, что я готова на все, только бы они не ринулись спасать меня.

Знал, что в такой ситуации дорога каждая секунда.

Он все знал.

И он меня разыграл как младенца.

– Я… – Тамран явно не знал как вести себя в этой ситуации.