Я вижу это за ее шрамами на лице и шее, за опущенным краешком левого глаза, или даже за тем, как она старается спрятать свое правое ухо, кончик которого был откушен.

Она - вдохновение, и по-настоящему исключительная. Каждый день она воюет с темнотой, не позволяя той захватить себя. И сегодня она, наконец, сломала оковы своего собственного заключенного разума, выбравшись на свободу.

Она замечательно красива и даже не догадывается об этом.

Она отворачивается и делает оставшиеся несколько шагов к дому.

- Эйлин, - зову ее я.

Она снова останавливается и поворачивается ко мне.

- Ты, возможно, вышла сюда, чтобы кричать на этот мир, но это ты сделала эти несколько шагов.

Ты решила встретиться лицом к лицу со своей болью и не позволить ей победить тебя. Никто не заставлял тебя делать это. - И руками я показываю ей на то, что мы снаружи."

"Эйлин идет обратно, пока не останавливается передо мной.

- Пришло время отпустить сломанное, - говорит она, глядя на вырез моей футболки.

Ее слова оглушили меня.

Она кричала и плакала.

И теперь она знает, что пришло ее время излечиться.

- Я собираюсь принести тебе полотенце, а потом пойду переодеться.

- Эйлин слабо улыбается и направляется обратно внутрь своего теплого дома.

Я поднимаюсь на заднее крыльцо и снимаю промокшие ботинки и носки. Подняв их, я отношу их к главному входу и оставляю около двери. Эйлин спускается вниз, неся большое полотенце, вручает его мне, и вновь исчезает наверху.

Я вытираюсь, насколько это возможно, в гостевой ванне рядом с прихожей. Снимаю с себя мокрую одежду и, насколько могу, выжимаю ее в раковину, перед тем как снова надеть, и направляюсь в кухню.

- Эйлин, я ухожу, - говорю я, когда замечаю ее, стоящую в кухне в ожидании греющегося чайника.

Я не хочу оставлять ее, но я также не был готов к сегодняшнему дню. Возможно, она нуждается сейчас во мне, но я должен дать ей немного личного пространства, чтобы принять происшедшее с ней сегодня.

- Доминик, - зовет меня она, когда я наклоняюсь взять свой рюкзак.

- Да? - Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на нее.

- Спасибо. То, что ты сделал для меня, это… - Она не заканчивает предложение, и по тому, как она кусает свою губу и хмурит брови, я могу сказать, она просто не знает, как выразить то, что чувствует.

- Ты сделала все сама, Эйлин, - я поднимаю свою сумку и иду к входной двери.

Эйлин сразу позади меня. Я могу расслышать ее легчайшие шаги, следующие за мной.

- Завтра, если не будет дождя, мне бы хотелось посидеть на заднем дворе и выпить кофе, - говорю я ей, поднимая свои носки и ботинки.

- Думаю, теперь я могу это сделать, - говорит она, кивая головой.

- Увидимся завтра. Позвони, если захочешь поговорить. - Я уже оставил ей свои прямые номера телефонов, на случай если понадоблюсь ей.

- Доминик?

- Что такое? - Спрашиваю я, выходя на крыльцо.