— Помогай, — велела ей, освобождая подъемник от растений.

— Эли, я тебя совсем не узнаю. В тебя будто наша бабушка княгиня Ядвига Арицкая вселилась, — проворчала сестра, включившись в работу.

Судя по тону, бабуля была той еще лапочкой, а мне это и надо! Еще одно логичное объяснение изменений в характере!

— Наверное, наследственность проснулась. Всё же удушье меня так всколыхнуло и потрясло, что всё раньше спящее крепким сном в один миг очнулось.

— Страшно-то как! — не спешила радоваться за меня Милисса.

— А я думаю, это к лучшему! — упрямо продолжала я гнуть свою линию. — Наверное, это был знак, что так дальше жить нельзя.

Мили на это ничего не сказала, и следующие десять минут мы работали молча.

— Смотри-ка, не разрядился! — удивилась сестра, заглянув в кабинку. — Но раз подъемник до сих пор активен, то и на папином месте защита еще держится. Можно даже не подниматься.

— А вот и нельзя. Тебе разве самой не интересно взглянуть, что стало за это время с тем местом? Заходи давай и двигайся.

Надо сказать, что кабинка на две пухлые тушки была не рассчитана, нам с сестрой было тесновато — стояли впритык лицом к лицу. Я покосилась на панель управления и увидела всего две горящие круглые кнопки — зеленая «вверх» и синяя «вниз». Смело нажала на зеленую. Кабинка дернулась и, надрывно скрипя, поползла в гору. Сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Мили вцепилась в меня двумя руками и часто задышала. Признаться, я тоже чувствовала острое желание поскорее выбраться на открытое пространство.

Боковым зрением любоваться окрестностями не получалось, поэтому отвлечься было не на что, и поездка показалась долгой и неприятной, хоть и длилась всего минут пять. Наконец, кабина изменила направление движения, прокатилась по горизонтальной поверхности и остановилась. Я поняла, что мы прибыли.

— Вот посмотришь! Дверь сейчас даже не откроется, — предрекла Милисса. — Помнишь, как мы в детстве пытались сюда попасть?

— Угу, — буркнула я и потянулась к дверной ручке, находившейся за моей спиной.

Нажала на нее и беспрепятственно вывалилась на гору.

— Ничего не понимаю! Почему так?! — воскликнула Мили и тоже вышла."

"Я покрутилась вокруг себя, оглядываясь. Мы поднялись на горное плато. Большое горное плато! Я как-то сразу поняла — можно считать, что наши проблемы с деньгами решились. Ровные ряды всевозможных растений и кустарников, явно высаженные князем в коммерческих целях, позволяли мне на это рассчитывать. Календула, пижма, молочай, зверобой, полынь, ромашка, шалфей, арника, васильки — это только то, что сразу бросилось в глаза. Но плато огромное! Я была уверена, что найду тут еще много полезных растений, потому что подорожник и лопух росли везде.