Когда в замке входной двери поворачивается ключ, скребет дверь когтями, а через секунду приветствует своего хозяина.

— Дай пройти… Тай… — велит ему командный голос.

Я наполняюсь чувствами под завязку!

Еще немного, и они польются у меня из ушей.

Денис заходит в дом, бросает на пол свою дорожную сумку. Раздевается, посмотрев на меня. Под курткой на нем джинсы и футболка с длинными рукавами. Он стоит прямо под лампочками, которые я оставила для него включенными.

Я кутаюсь в свой кардиган, стоя посреди коридора, и, когда куртка Алиева отправляется в шкаф, наконец-то ворую его у этой невыносимой собаки.

Обнимаю Дениса за шею, принуждая себя целовать.

Я знаю, что он устал. Знаю. Но я требую у него поцелуй. Глубокий, настоящий.

Алиев обхватывает меня руками, и ему требуется несколько секунд, чтобы отреагировать на мою атаку.

Он реагирует на нее тем, что ловит зубами мою нижнюю губу, и этот укус искрами отдается в теле.

— Ты наконец-то выспалась? — хрипло спрашивает Денис.

Я пропускаю волосы на его затылке через пальцы. Пытливо смотрю в его глаза. Наслаждаюсь его теплом. Его телом. Запахом и голосом.

Я, твою мать, соскучилась!

— А что, я разве вечно уставшая? — спрашиваю его.

— Не вечно. Время от времени, — улыбается Алиев.

— Я… мало внимания тебе уделяю?

Он озадаченно сдвигает брови.

— Не-е-ет… — тянет. — Я ни на что не жалуюсь…

— То есть… все-таки мало?

— Что происходит? — спрашивает он.

— Ничего… — встрепенувшись, я выбираюсь из его рук. — Пойду разогрею еду…

Быстро несусь на кухню, принимаясь накрывать на стол.

Денис моет руки в гостевом туалете. Я слышу, его шаги. Войдя на кухню, он скрещивает на груди руки и прислоняется плечом к стене.

— Я поел в поезде, — говорит Алиев. — Оставь все это на завтра.

— У тебя завтра выходной?

— Да…

— Как доехал?

— Спал…

— Чем тебя кормили?

— Резиновой курицей. Что с тобой? — повторяет он свой вопрос.

Швырнув на столешницу полотенце я наконец-то не выдерживаю:

— Ты сказал, что едешь на два дня, а в итоге уехал на четыре.

— И-и-и? — тянет он.

— И… — копирую я. — И в прошлый раз тоже.

— Так получилось, — говорит он. — Ты что… Обиделась? — предполагает он.

— Нет…

Я поворачиваю голову и вижу, что он смотрит на меня с интересом. С веселым интересом. Это веселье касается его глаз и губ. Он слегка улыбается.

— Может быть… — выдавливаю я. — Точнее… так бывает, что быт убивает… романтику. Рутина засасывает…

— Серьезно?

— Да… — говорю тихо.

— Интересно…

— Я знаю, что вечно уставшая. И вся в пеленках. В рутине. И ты…

— Что я?

— Мог устать от всего этого. Захотеть разнообразия.

Он смотрит на меня, вскинув брови. Но я готовилась к этому разговору давно.

— Продолжай, — просит.

— Может у тебя… не знаю, кто-то есть?

— Что ты несешь? — режет он.