Может, зря вообще я эту историю с браком затеял?

– И чего ты опять напрягся?

– Я не напрягся.

– А мышцы просто так в камень! Дай…

Переворачивается. Начинает осторожно разминать мои бедра, икры. Спускается к ступням. Мнет пальцы. Проходится по своду стопы. Приятно нечеловечески.

– М-м-м, – мычу бессвязно.

– Тебе нужно себя беречь. Ты очень много работаешь, Ставрос. Учись отдыхать. Всех денег не заработаешь, все объекты под себя не подомнешь.

– Уж не конкуренты ли тебя ко мне подослали? – смеюсь.

– Да ну тебя! – бьет ладошкой в грудь. А я ее перехватываю и опускаю ниже.

– Ты про самую напряженную мышцу забыла.

Нина томно прикрывает глаза и послушно сжимает пальцы. Меня до костей пробирает. Подкидываю бедра. Сгребаю Нину опять. Усаживаю рядом. Так что и ей меня удобно ласкать, и мне ничего не мешает. Ее соски – моя отдельная любовь. Щиплю, тереблю, сжимаю. Нина рвано дышит. Ловлю ее вздохи, всхлипы, шепот… Искусанные губы. Толкаюсь языком в рот, а в кулак членом. Слизываю выступивший на висках пот. Мне в ней все приятно. Вкус взрывается на языке. Обхватываю бедро, отвожу ногу. И осторожно принимаюсь массировать пальцами налитые, пухлые, скользкие складочки. Нина напрягается, ловя свой кайф. Жадничая, сбивается с ритма. Но я не против. Едва ли не больше ее ласк меня заводит наблюдать за тем, как она от моих отлетает. Погружаю один палец внутрь. А там так тесно… Боже. Нина вскрикивает, невнятно что-то бормочет. Девочка моя голодная. Ну почему я тебя не разглядел раньше, а? Выпрямляется, неосознанно делая ощущения интенсивней. Оглядывается на меня через плечо. Целует, ерзает. Добавляю к указательному средний и, чтобы не орала, накрываю ладонью рот. Но она понимает это по-своему и, ни секунды не раздумывая, всасывает мои пальцы. Ауч. Перед глазами снопами искры. Сердце, срывая ритм, молотит просто на износ. Мы тут с ней уже совсем по-взрослому развлекаемся, а ведь Нина – там еще, считай, девочка. И надо бы притормозить. Но когда она начинает кончать, я забываю обо всем, что меня сдерживало. Резко толкаю ее к борту, жму на поясницу. Прикусив зубами мочку уха, шепчу:

– Если будет больно, тормози меня, ок?

Не знаю, слышит ли… Глаза абсолютно пустые, зрачки как у наркоманки. Толкаюсь. Поначалу мышцы совершенно не поддаются. Пот катится по спине и вискам. Капает с подбородка. Похрен обоим. Мы уже вообще где-то не здесь. Набираю темп. Нина то зажимается, то сама рвется в бой, насаживаясь с силой и хныча… Хочу, чтобы она кончила еще раз. Со мной внутри. Не то бы давно себя отпустил.

– Давай, сладкая… Порадуй меня. Ну же!

Взрывается ярко, с криком. В уши долбит пульс, ритм которого задают ее отчаянные сокращения. Выхожу, выплескиваюсь на спину. А хочется внутрь. Чтобы она насухо меня выжала.

– Ставрос…

На щеках слезы. Я знаю. Все знаю.