Один, двое, трое убитых… Было бы понятно, если бы это случилось на передовой – высунулся боец неосторожно из окопа и получил пулю. Так нет же, от наших траншей до места гибели – метров триста. Плюс сто пятьдесят метров нейтралки. Это уже почти полкилометра.

Вскоре стало ясно – у немцев завелся снайпер, причем снайпер экстра-класса.

А надо сказать – своих снайперов немцы вооружали маузеровскими карабинами 98К с цейссовской оптикой. Наша снайперская трехлинейка по дальности огня и точности не уступала. Но на такую дальность никто не стрелял.

Наши войска ежедневно несли потери, но не это было главным – все стали бояться ходить свободно даже в тылу. Это сильно угнетало бойцов. А уж когда ранило майора из штаба армии, терпение штабистов лопнуло, начальство взъярилось. Досталось всем: пехотинцам, разведчикам – даже артиллеристам.

– Вы что – с одним паршивым снайпером справиться не можете? – кричал полковник, собрав комбатов на совещание.

Я в это время стоял недалеко в карауле и слышал разнос.

– Даю неделю! Делайте, что хотите, но чтобы про снайпера я больше не слышал!

Сменившись, я подошел к Кравцову.

– Командир, хочу попробовать снайпера немецкого убрать, – заявил я ему.

– Ты не заболел часом, танкист? – удивился лейтенант. – Ты видел его выстрелы – за полкилометра бьет, гад, и точно в голову, чтобы наповал. Не хочу еще одного разведчика впустую потерять. И думать не смей, Колесников, выбрось из головы! Это тебе не из танковой пушки стрелять. Снайперскому делу долго обучаться надо.

– Командир, найди мне снайперскую винтовку и не посылай на задание с неделю.

– С винтовкой как раз не проблема – она у нашего старшины есть. Тебя, дурня, жалко.

– А я все же попробую.

– «Попробую!» – передразнил меня Кравцов. – Девка попробовала – бабой стала. Если промахнешься – второй раз он тебе выстрелить не даст. А у меня во взводе и так большие потери.

Лейтенант постоял, помолчал, зыркнул на меня глазами.

Я молча выдержал его взгляд, ожидая разрешения.

– Вот упрямый, чертяка! Не передумал?

– Никак нет.

– Черт с тобой, ступай к старшине."

"Получил я винтовку. Была она в брезентовом чехле, 1938-го года выпуска. Это неплохо. Видел я винтовки военного выпуска. У этих от березового ложа все руки в занозах.

Прицел оптический мне уже был знаком по снайперской винтовке СВТ, что тогда в лесу, в нашем разбитом батальоне, подобрал. Сама же винтовка отличалась от обычной лишь изогнутой вниз рукояткой. Ствол, конечно, отобран получше, с хорошей кучностью, – но из стандартных. Патронов бы еще к ней качественных. Небось немец специальными снайперскими пользуется.

В каптерке у старшины я отобрал из разных партий несколько горстей патронов с тяжелой пулей. У легких пуль баллистика другая.