Спрашиваю:

— Как тебя зовут?

Девушка прекращает плакать и смотрит мне в глаза, отвечая на вопрос:

— Меня зовут Алиса.

— Значит, ты не эскортница?

Алиса округляет глаза, смотрим так, как будто поражена до глубины души.

Я все больше себе поражаюсь: меня не претит от ее взгляда. Наоборот, даже нравится смотреть в ее глаза. Необычные: яркого серого цвета. Никогда таких не видел: может, это линзы? Даже думаю: как хорошо, что она сбросила повязку: не увидел бы эти глаза. Сам себя одёргиваю: какая разница, какого цвета глаза, раньше меня это нисколько не интересовало. Мне больше нравилось смотреть, насколько упругие ягодицы и какая грудь… какой вид сзади на четвереньках.

— Нет, что вы, я актриса. Начинающая, — отвечает, наконец.

— Фамилия? — спрашиваю.

Смотрит недоверчиво, но все-таки говорит «Одинцова».

— Ты думала, что здесь проходит кастинг фильма, серьезно? — усмехаюсь.

А она опускает глаза в пол.

— Значит, начинающая актриса, сколько тебе лет?

Видно, что ей не хочется больше отвечать на мои вопросы. Но все-таки процеживает сквозь зубы:

— Мне двадцать два. Могу я теперь уйти?

Улыбаюсь.

— Постой секунду.

Ищу свой пиджак и достаю визитку. Протягиваю ей:

— Обращайся ко мне по любому вопросу. Если нужно, могу и фильм для тебя снять.

Она сжимает губы, морщит лоб, отвечает:

— Спасибо, не надо.

Пытается пройти, но я хватаю ее за руку и вкладываю визитку в руку. Она поспешно уходит, визитку все-таки забирает. Отмечаю: руки у неё теперь тёплые.

Сажусь в кресло, зажигаю сигару. Мой ритуал после секса — а в этот раз пришлось без него.

Из головы не выходит. Что в ней такого? Обычная простушка, каких много. Думала сняться в эротическом триллере? Поверила Милане и явилась в номер отеля. Кто вообще устраивает кастинги в отеле?

Притворяется или, правда, такая наивная?

Чем-то она меня зацепила. Алиса Одинцова, значит. Почему мне кажется, что она может быть горячей штучкой, когда разденется, хоть и выглядит простенько.

Пусть пока идёт домой, знаю точно: мы еще встретимся.

Глава 2

Алиса

Я почти бегу из этого отеля, даже в пустом лифте оглядываюсь. Мне страшно, что он догонит меня, затащит в номер и заставил раздеться. Что дальше — не хочу представлять.

От его властного металлического голоса до сих пор мурашки. «Раздевайся».

Я не из пугливых и робких. Я так думала. А перед ним дар речи потеряла. Не могла сразу оттуда уйти? Зачем только надела повязку?

Хотя в повязке было не так страшно. Когда я его увидела, стало хуже.

Высокий, в деловом костюме, с накаченными мышцами, видно. Небрежная щетина на лице.

Понятно — точно не режиссёр. Скорее, с такой внешностью ему самому можно в фильмах сниматься. Старше меня лет на десять-пятнадцать, наверное. Но при этом возраст придаёт ему только больше мужественности.