Но некогда было извиняться за прошлое, вообще расплываться эмоциями…

– Поехали…

Мазур несся по коридорам, по переходам, по трапам, беззвучно переставляя ноги, скользя на цыпочках диковинным привидением. Вокруг было пусто и тихо, показалось на миг, что за время его отсутствия из пучины всплыл-таки неведомый и страшный большой музунгу, ухитрился, не причинив ни малейших повреждений кораблю, как-то забрать с собой в глубину всех без исключения людей и он, Мазур, оказался на «Летучем Голландце» новейшего образца, Лаврика тоже уже нет, и Мазур остался один-одинешенек…

Мельком выругав себя за эти мысли, он замедлил шаг.

Осторожно подкрался к дверям капитанской каюты. Те двое с автоматами – тоже, конечно, не подарок, но опаснее всех бородатый Леон, его нужно, кровь из носу, валить первым, больно уж ловко обращается с оружием, сволочь…

Какой-то миг колебался: выдумать нечто для секундного ошеломления противника или войти без психологических выкрутасов? В конце концов решил не рисковать. При малейшей оплошности психологические выкрутасы могут дорого обойтись, когда имеешь дело с типом вроде Леона… С превеликой осторожностью прислушался.

– …бездарная затея, друг мой, – гудел бас Дракона. – Предположим, вы нас всех перережете. У вас вид человека, который на это вполне способен. Но идеальных преступлений не бывает, знаете ли. А если и бывают, то – в других условиях. Чересчур много будет свидетелей. Если вы и в самом деле собираетесь стать президентом, нужно подумать о политическом будущем…

– А кто вам сказал, что я не думаю? – послышался насмешливый голос Леона.

«Молодец наш старый хрен, – мимолетно восхитился Мазур.

 – Втянул гада в разговор, легонько рассеяв внимание, прекрасно понял, что мы намерены в темпе предпринять нечто активное…»

Он постоял еще с полминуты, вслушиваясь в редкие, язвительные реплики Леона, чтобы точно определить по таковым его местонахождение. Пожалуй что, ошибки быть не может: бородатый по-прежнему сидит либо на столе, либо за столом. Ну, морские черти, выносите своего…

С силой толкнув ногой дверь, Мазур головой вперед, «щучкой» нырнул в каюту, еще в полете нажимая спусковой крючок автомата. Над его головой что-то противно, знакомо взыкнуло – ну, сука, отменная реакция! – но мигом позже точная очередь прямо-таки отшвырнула Леона вместе с креслом, смяла, бросила на пол.

Не теряя времени, Мазур перекатился – справа от него пули ударили в пол, взметая щепки, – дважды нажал на спуск.

Выпрямился, встал на расставленных ногах, голый, еще влажный. Один автоматчик валялся неподвижно, с беглого взгляда видно, что с ним все в ажуре. Второй попытался подняться на колени, но Мазур короткой очередью внес необходимые поправки.